Русская поэзия | Православное слово

 
Православное слово
«Схимонахиня Афиногора»   Мария  ВИШНЯК
Православие – правильное служение, правильное учение. Православие и государство Русь неразделимые понятия: Православная Русь, Святая Русь. Цикл стихов «Православное слово» – это стихи о Боге, Божьей Матери, святых, молитвах, церковных праздниках… «Господи, я знаю: всё на свете – это Ты». И земля, и воды, и причудливые созвездия, и запах травы – везде Бог. И каждый шорох, каждый вздох – это Бог. Он появился в стране песков и камней, где издавна существовало правило: убили – значит, и ты убей. Он же сказал, что мир – Любовь. «Он мог явиться кем угодно, а вспыхнул Богочеловек». Великий праздник у православных – Благовещение Пресвятой Богородицы («Благая весть», принесённая архангелом Гавриилом Деве Марии о будущем рождении у неё сына Иисуса Христа). «Будет день Благовещенья, сполох колокольный в безгласной ночи, и взорвутся сугробы, как порох, и взовьются, как сажа, грачи. И великую истину снова приоткроет небесный чертог: будет свято Архангела слово. Будет день! Будет хлеб! Будет Бог!» Светом христианской веры Святая Русь была освящена стараниями киевского князя Владимира Святого. «Зачем чужим идти путём, чужою мерить мерой?.. Для нас с молитвой и постом Владимир выбрал веру». Тяжкие скорби выпали на долю России. Но она выстояла и сохранила Божью правду, пронесла свой крест и осталась православной. Страшное время для православия настало в двадцатом веке. Рушили храмы, убивали священников, истребляли в русском народе веру. «Но все кумачи пронеслись и пропали, матушка церковь стоит». Душа человека просит веры, вековая свеча православия не погасла. Вновь народ идёт в обновлённые храмы: «Здравствуй, церковь! Примешь? Впустишь? Каюсь, грешен, жил безбожно. Я пришёл, поскольку – русский, я пришёл, поскольку – тошно». Без Бога в мире умопомраченье, некуда укрыться. Но «не один святой из дали древней видел и пророчил наперёд: ″В неурочный час, пройдя страданья, Русь Святая – Пасху запоёт″».
СОДЕРЖАНИЕ
"Отче наш… Шепчу слова молитвы..."   Николай  Колычев
Именем твоим   Священник Андрей  Логвинов
Спасибо Тебе   Ольга  Григорьева
Утренняя молитва   Александр  Жуков
"Он мог явиться кем угодно..."   Глеб  Горбовский
"Расскажи мне о жизни в пустыне..."   Светлана  Кекова
Он и Она   Мария  Протасова
"Там, где тянется песчаная дорога..."   Виктория  Можаева
Высокó-высóко   Геннадий  Красников
"Родина. Север. Глубинка"   Анатолий  Илларионов
"Осталось ждать совсем немного..."   Елена  Сапрыкина
В атмосфере дремучей, огромной   Глеб  Горбовский
Молитва   Геннадий  Красников
Матушка церковь   Лариса  Тараканова
"Церковь Божия, милость к нам Божия..."   Леонид  Дербенёв
Стихи о борьбе с религией   Николай  Тряпкин
"В беззакониях зачат, во гресех роди меня мати…"   Николай  Колычев
"Жаркий полдень. Пыльная дорога"   Виктор  Кочетков
"Справа речка, а слева опушка..."   Светлана  Супрунова
"Свеча, что ребенок из церкви несёт..."   Ирина  Моисеева
"Здравствуй, церковь! Примешь? Впустишь?"   Николай  Колычев
"Плоть осквернена и дух затмен..."   Виктория  Можаева
Из св. Феофана Затворника   Александр  Плитченко
"Не надобно иллюзий..."   Священник Андрей  Логвинов
"Любит Бог избранников Своих..."   Татиана  Егорова
  Валерий  Лобанов
Прощание с Армией   Священник Андрей  Логвинов
Про батю   Людмила  Кононова
"Родства запоздалый помин..."   Ольга  Постникова
"Не комедия, не драма..."   Глеб  Горбовский
"На Шуваловском погосте..."   Владимир  Карпец
"Мы снова в городе. Мне восемь"   Владимир  Карпец
Прокопий Великоустюжский   Сергей  Комлев
"Когда меняли вид материки..."   Константин  Савельев
Памяти Евгения Родионова   Людмила  Шикина
Образок   Валерий  Лобанов
"Преподобне Антоние Сийский..."   Андрей  Попов
"Только тем немножечко..."   Священник Андрей  Логвинов
"Так таинственно и нежно шепчет ветер..."   Ирина  Дьякова
"Новый день – и новый стих..."   Алла  Линёва
"– Пети, пети, пети! – птица за окном..."   Валерий  Михайлов
"Такая осень на дворе..."   Геннадий  Карпунин
Тебе, Господи!   Глеб  Горбовский
Рождество Пресвятой Богородицы   Владимир  Фирсов
"Нынче медно-зеркальное солнце..."   Ольга  Ермолаева
Чабрец   Андрей  Шацков
Богородская трава   Светлана  Кузнецова
Покров   Валерий  Латынин
Памяти Александра Сидельникова   Василий  Дворцов
Мироточат иконы...   Владимир  Шемшученко
Песенка о лёгком иге   Андрей  Кононов
Рождество   Юрий  Перминов
Путь   Елена  Кузьмина
Праздник детства   Владимир  Жильцов
Рождество   Елена  Кузьмина
"У тех, кто молится ночами..."   Лидия  Степанова
Святочное   Андрей  Ребров
"Прости мне в пречистом сиянье..."   Виктор  Дронников
"У речушки, у холма, у стога..."   Владимир  Мощенко
Возлюбившие   Андрей  Попов
Сретение   Владимир  Пальчиков (Элистинский)
Сретение   Иосиф  Бродский
Какие горы без вершин...   Иеромонах  Роман
Дважды два   Николай  Алешков
Молитва к Богородице   Татьяна  Шорохова
"Отпевали мамку Венькину..."   Елена  Кузьмина
"Ангеле святый, твою поруку..."   Владимир  Мощенко
Самое простое   Наталья  Лясковская
"От трескучей фразы на злобу дня..."   Екатерина  Полянская
Воспоминание об одной улыбке   Глеб  Горбовский
"Бывают дни особой силы..."   Николай  Зиновьев
"Не понимаю, что творится"   Николай  Зиновьев
Борисоглеб   Священник Андрей  Логвинов
Земля обетованная   Раиса  Котовская
"В комнате глаженым пахло бельём..."   Людмила  Кононова
"Деток поднять бы, да ни одного..."   Виктория  Можаева
А Ироду спасения не чаять   Иеромонах  Роман
"Мир там оборвётся, где тонок…"   Священник Андрей  Логвинов
Медовый спас   Монах  Варнава
Церковка   Геннадий  Ёмкин
Пред Ликом теплится лампада   Юрий  Могутин
Горькая эпитафия   Монах  Варнава
Далее - везде!   Наталья  Лясковская
"Баба Вера, Вера Фёдоровна..."   Татьяна  Бородина
"Прожила тётя Валя с любовью..."   Виктория  Можаева
Сон   Елена  Кузьмина
"Дома пусты, и улица пустынна..."   Виктор  Брюховецкий
"Я брела наугад, ошибалась и в кровь расшибалась..."   Екатерина  Полянская
"Сердце верит, не устанет..."   Андрей  Попов
"В деревеньке детства дурень Митя"   Иеромонах  Роман
Пятница Параскевы   Станислав  Минаков
"Морозным вздохом белого пиона..."   Владимир  Костров
Соборование   Игорь  Калугин
На Смоленском   Валентина  Ефимовская
Монастырский наволок   Николай  Колычев
"Нам всем конец?"   Дмитрий  Мизгулин
Юрьев день   Дарья  Кучинскайте
В Александро-Невской Лавре   Геннадий  Иванов
Баллада о сорока мучениках   Игорь  Ляпин
"Обычай сельский издревле таков..."   Ирина  Семёнова
"Зачем, зачем неумолимо..."   Александр  Дьячков
Чудо   Михаил  Гусаров
"Стояла перед образом, молчала…"   Алла  Линёва
В храме   Геннадий  Фролов
Пред Иверской   Нина  Орлова-Маркграф
"Свежа осенняя прохлада"   Андрей  Попов
Вина   Юрий  Кузнецов
На руинах церкви   Виктор  Кирюшин
Покров   Михаил  Гусаров
"В нашем храме нет даже купола..."   Сергей  Поликарпов
"Закатилось за осинник лето..."   Евгений  Семичев
Свечи   Евгений  Чепурных
Родительская суббота   Геннадий  Иванов
Вырвусь я в своем пророчестве...   Валерий  Хатюшин
Страстная Пятница   Виктория  Можаева
Лампада   Михаил  Шелехов
"Храм белел сквозь чёрные деревья..."   Анатолий  Жигулин
"В лесу прохладном цветёт кислица"   Светлана  Кекова
Монастырское рождество   Александр  Бобров
Великорецкий крестный ход   Анатолий  Гребнев
Оптина пустынь   Владислав  Артёмов
Оптинская   Людмила  Кононова
Благовещение   Наталья  Пискунова
Благовещение   Алексей  Клоков
Благовещенье   Андрей  Шацков
Рождество   Елизавета  Иванникова
Крещение   Нина  Стручкова
Сказ о крещении   Андрей  Шацков
"Еда проста, вода чиста..."   Василий  Рябков
Тишина   Борис  Споров
Последняя Пасха   Владимир  Мощенко
Великий Пяток   Владимир  Мощенко
Воскресенье вербное   Владимир  Мощенко
Пасха   Владимир  Скиф
"Уже пора за стол садиться..."   Светлана  Кекова
"Зачем чужим идти путём..."   Татьяна  Шорохова
Пасха   Николай  Колычев
Меланья Семёновна   Владимир  Мощенко
После Вознесенья   Владимир  Мощенко
22 мая (Никола вешний)   Нина  Стручкова
"Земля сгорела. Мертвые восстали."   Александр  Люлин
"Извечная болезнь у человека..."   Константин  Паскаль
Осенний морок   Андрей  Шацков
Начало неба   Михаил  Гусаров
"...Но потеряв и скипетр, и державу..."   Татьяна  Шорохова
Ангел последний   Людмила  Кононова
«Уже давно твой дом стоит вверх дном...»   Геннадий  Красников
Божий раб   Вадим  Негатуров
Богомолка   Алексей  Шитиков

     * * *   

Отче наш… Шепчу слова молитвы

И целую взглядом небеса.

Далеко-далёко от земли Ты,

Но – во мне, и в поле, и в лесах…

-

Да святится имя… Словно песня!

Да приидет Царствие Твое…

Волею Твоею все воскреснем,

Бренный прах оставив на земле.

-

Даждь нам днесь наш хлеб насущный, Боже,

Долги наши пред Тобой – прости,

Якоже и мы прощаем тоже.

Господи, грехи нам отпусти.

-

Отче наш… любовь и утешенье.

Отче наш… заблудшим душам Спас.

Боже, не введи во искушенье

И гони лукавого от нас.

Мурманск

Николай  Колычев



Именем  Твоим

-

Именем Твоим душа живится.

Ты – и руль, и лодка, и весло.

Для Тебя летят по небу птицы,

звёзд, что мошек, к ночи нанесло.

-

Для Тебя цветущие опушки

ягоды кладут в земную горсть,

для Тебя беззубые старушки

к церкви ковыляют за семь вёрст.

-

Вот и мне у них бы научиться

жить любя и помереть любя,

раз дано земному приобщиться

от Тебя, Тобою, для Тебя.

Кострома

Священник Андрей  Логвинов



СПАСИБО ТЕБЕ
 
Падал снежок, были леса раздеты,
Но на пригорках апрель рисовал траву…
Господи, спасибо Тебе за это –
Что родилась я и до сих пор живу.
Дом деревянный. Детство в солнечном свете.
Первые сказки. Первых стихов тетрадь…
Господи, спасибо Тебе за это –
Что у меня такие отец и мать.
И приходила любовь, и рождались дети.
Счастье: была любима, была – одна…
Господи, спасибо Тебе за это –
Ты в моей жизни всего отпустил сполна.
Знаю, когда-нибудь, в середине лета
Вдруг остановится вечное колесо.
Господи, спасибо Тебе за это.
Господи, спасибо Тебе за всё.

г. Омск

Ольга  Григорьева



УТРЕННЯЯ  МОЛИТВА

-

Господи,

дай мне покоя душевного

встретить безропотно

день наступающий,

всё принимая – дары и лишения,

огнь пепелящий

и свет исцеляющий.

Господи,

что бы ни встретил сегодня я,

слово худое

иль дело недоброе,

дай мне не сделать Тебе неугодное,

мудрость мне дай и терпение долгое.

Дай не сойти до желания низкого

быть выше всех,

научи неразумного

не унижать ни чужого, ни близкого,

не обижать ни седого, ни юного.

Не оставляй меня, сына незрячего,

дай мне увидеть свои прегрешения

хладного разума, сердца горячего

в каждом решении, в каждом свершении.

Дай мне во всякой гордыне

смирение,

дай мне раскаянье, пусть даже позднее.

Светом небесным, хотя б на мгновение,

взором Своим озари меня,

Господи.

Москва

Александр  Жуков



* * *

Он мог явиться кем угодно:

лучом разящим, веществом

таинственным, небеснородным,

в обличье странном, неживом…

Он мог на Землю выпасть снегом,

цветком немеркнущим расцвесть…

А вспыхнул – Богочеловеком!

Чтоб возвестить Благую весть:

«Есть! Есть спасенье вашим душам:

любите Бога, гордецы…

Создавший – может и разрушить!..

Да будет разум ваш ослушный

смиренней жертвенной овцы».

Санкт-Петербург

Глеб  Горбовский



 * * *

Расскажи мне о жизни в пустыне,
о тоске, о великом огне,
о любви, об отце и о сыне,
расскажи о бессмертии мне,
 
о грехе, милосердии, страхе,
о предательстве мне расскажи,
о победе, о жизненном крахе,
о молчанье, о правде, о лжи,
 
о страдании, смехе и плаче,
о враче − или нет − палаче
расскажи − Ты не можешь иначе:
плачет мир у Тебя на плече.

г. Саратов

Светлана  Кекова



ОН И ОНА

-

Тогда, когда Он появился на свет

В стране песков и камней

Там старый, как мир, почитали завет

«Убили, значит убей»

-

Лишь «око за око!» и «зуб за зуб!»

Твердили и стар и млад

Такие молитвы слетали с губ

Три тысячи лет подряд

-

Земля, над которой Его колыбель

Покачиваясь, плыла

Шептала: «Убили, значит убей»

И новых костей ждала

-

Он вырос, и время Его пришло

Но ближние вновь и вновь

Ему повторяли, что мир это зло

А Он говорил – Любовь

-

Легка Его поступь и прост Его слог

Душа за ним будто летит

Ему говорили: «Накажет Бог»

А Он говорил: «Простит»

-

Бубнили: «Отправится в ад любой

Для смертных надежды нет»

И снова твердили, что Бог это боль

А Он говорил, что Свет

-

И вот однажды поставить крест

Решила на Нём толпа

(Такой обычай у этих мест –

Наказывать за слова)

-

Его мучительный ждал конец

Сказали: «Ты будешь распят»

А Он ответил: «Прости их, Отец

Не ведают, что творят»

-

И долго потом ала и чиста

Горячая капала кровь

А утром на землю с Его креста

Неслышно сошла Любовь

-

И вот она рядом с тобой и мной

Спасает, прощает, ждёт

И, может быть, из-за неё одной

Наш мир до сих пор живёт

-

Легка её поступь, проста её речь

Душа за ней будто летит

И если убить её, вытоптать, сжечь

Воскреснет она и простит

-

Так после зимы наступает апрель

Когда уж никто не ждёт…

-

Качается в небе Его колыбель

И тихо земля плывёт

Москва

Мария  Протасова



      * * *

Там, где тянется песчаная дорога

В даль зелёную – идти бы да идти,

Всё мне кажется: увидеть можно Бога

Так же просто, как прохожего в пути.

Проплывают облака ромашек мимо,

Дышит воздух ароматом чабреца.

Всё мне кажется, что Он идёт незримо

Тёплым ветром около лица.

И не хочешь, но приходится вернуться,

Мягко стелются под ветер ковыли...

Всё мне кажется, что нужно оглянуться,

Задержаться, поклониться до земли.

Ростовская область

Виктория  Можаева



ВЫСОКÓ-ВЫСÓКО

Высокó-высóко,
Всякий день и час,
Всюду Божье око
Охраняет нас.

На Небесном троне  –
Божье торжество,
Словно на ладони
Все мы у Него:

Каждая тропинка,
Свят ли кто иль плох,
Каждая слезинка,
Каждый выдох-вздох –

Всё Ему открыто,
Всё освещено –
Что давно забыто
И что быть должно…

Канул день вчерашний,
Новый – на порог,
Ничего не страшно,
Если с нами Бог!

г. Лобня
Московская область

Геннадий  Красников



      * * *

Родина. Север. Глубинка.

Жив я, о жизни моля.

Каждая в поле травинка –

Словно кровинка моя.

-

Снова – знакомой дорогой,

Передохнув в шалаше.

Нет, моя жизнь не убога,

Если я с Богом в душе!

-

Речка за ельником влажным

Сладкой слезинкой блеснёт.

Горсть голубики от жажды,

Словно от смерти, спасёт.

ст. Ираель
Республика Коми

Анатолий  Илларионов
1952 - 2008



    * * *

Осталось ждать совсем немного:
Быть может, час. Быть может, день.
Там, где пылит моя дорога
Среди поникших деревень.

Среди распластанных оврагов
Я буду ждать Твоих вестей,
Глотая ветреную влагу
Со всех российских волостей.

И поразит меня, как громом,
И стану я Тебе близка.
А Ты пройдёшь в молчанье строгом
По-над течением леска.

По-над течением погоста,
По-над течением любви.
И я пойму легко и просто
Слова и Таинства Твои.


Елена  Сапрыкина



В АТМОСФЕРЕ ДРЕМУЧЕЙ, ОГРОМНОЙ

В атмосфере дремучей, огромной,
за лесами, за Волгой-рекой –
слушать издали гомон церковный,
обливаясь звериной тоской…

Лес гудит, как ночная машина,
ветром-ухарем взят в оборот.
И душа, как стальная пружина:
не опомнишься – грудь разорвёт!

…Как поют они чисто и внятно
в тесном храме – ничьи голоса!
Неужели тебе непонятно:
там от века синей небеса.

Только там – за оградой церковной,
там – под сводами горней мечты
обиталище Воли Верховной!
Так войди же под своды и ты!

Обогни не слепую ограду,
отыщи не глухие врата –
и получишь Свободу в награду.
И – Любовь! И уже – навсегда!

Санкт-Петербург

Глеб  Горбовский



Молитва

-

Если б я умел Тебе молиться,

повторял бы только и всего:

«Господи, минута эта длится,

и не нужно больше ничего!»

-

Если б я умел Тебе молиться,

я просил бы именем Твоим:

«Дай минутой этой поделиться,

словно хлебом, с теми,

кто любим!..»

г. Лобня
Московская область

Геннадий  Красников



Матушка Церковь 

-

Матушка Церковь, бояться не надо,

Чистый горит небосвод.

Матушка Церковь, пришли твои чада,

Тихо стоят у ворот.

-

В юных очах отражение битвы,

Страх и животная мгла…

Ты расскажи им простые молитвы,

Те, что века берегла.

-

Да, они грабили эти оклады,

Скорбные лики топча,

Ради пустой и короткой услады,

Ради куска кумача.

-

Кто-то теперь прозябает в опале,

Кто-то навеки забыт.

Все кумачи пронеслись и пропали.

Матушка Церковь – стоит.

Москва

Лариса  Тараканова



* * *

Церковь Божия, милость к нам Божия,
Сколько страшных столетий подряд,
С кораблями межзвёздными схожие,
На земле эти храмы стоят.

Час придёт, и Вселенная сдвинется,
Встанет пламя гудящей стеной.
И тогда эти храмы поднимутся
Над усталой и грешной землёй.

В час, когда с неба звёзды покатятся,
У последней беды на краю,
Дай мне, Господи, время покаяться,
Уповая на милость Твою!

Дай увидеть хотя бы окраину…
А пока по ступеням веков
Нас привел сатана, нераскаянных,
В рай пластмассовый для дураков.

Всё развязней он лупит по клавишам,
Всё разнузданней пляшет земля…
Дай нам, Боже, схватиться за краешек
Уходящего ввысь корабля.

Москва

Леонид  Дербенёв
1931 – 1995



Стихи о борьбе с религией

-

Раз приходит отец – вечерком, с трудового ристанья,

Покрутил моё ухо и чуть посвистал «Ермака».

«Ты слыхал, удалец? Получил я сегодня заданье –

Завтра храм разгружать. Пресвятых раскулачим слегка».

-

«А что будет потом?» – «А потом-то кратки уже сборы:

С полутонны взрывчатки – и вихорь к седьмым небесам.

Заходи-ка вот завтра. Заглянешь там в Божьи каморы.

Покопаешься в книгах. Сварганю что-либо и сам».

-

А во мне уже юность звенела во все сухожилья

И взывала к созвездьям и к вечным скрижалям земли.

А за полем вечерним, расправив закатные крылья,

Византийское чудо сияло в багряной пыли.

-

Я любил эти главы, взлетавшие к высям безвестным,

И воскресные звоны, и свист неуёмных стрижей.

Этот дедовский храм, украшавший всю нашу окрестность

И всю нашу юдоль освящавший короной своей!

-

Пусть не чтил я святых и, на церковь взглянув, не крестился,

Но, когда с колокольни звала голосистая медь,

Заходил я в притвор, и смиренно в дверях становился,

И смотрел в глубину, погружённую в сумрак на треть.

-

Замирала душа, и дрожало свечное мерцанье,

А гремящие хоры свергали волну за волной.

И всё чудилось мне, что ступил я в предел Мирозданья

И что вечность сама возжигала огни предо мной.

-

Нет, не с Богом я был и не в храме стоял деревенском,

И душа замирала совсем под другим вольтажом.

Эти вещие гимны, летящие к высям вселенским!

Это бедное сердце, омытое лучшим дождём!..

-

И пришёл я туда – посмотреть на иную заботу!

Не могу и теперь позабыть той печальной страды, –

Как отцовские руки срывали со стен позолоту,

Как отцовский топор оставлял на иконах следы.

-

Изломали алтарь, искрошили паркетные плиты,

И горчайшая пыль закрывала все окна кругом.

И стояли у стен наши скорбные тётки Улиты,

Утирая слезу бумазейным своим лоскутком.

-

А потом я смотрел, как дрожали отцовские руки,

Как напарник его молчаливо заглатывал снедь…

Ничего я не взял, ни единой припрятанной штуки,

И смотрел по верхам, чтобы людям в глаза не смотреть.

-

Я любил эти своды, взлетавшие к высям безвестным,

И воскресные хоры, и гулы со всех ступеней…

Этот дедовский храм, возведённый строителем местным

И по грошику собранный в долах Отчизны моей!

-

И смотрел я туда, где сновало стрижиное племя,

Залетая под купол, цепляясь за каждый карниз.

И не знал я тогда, что запало горчайшее семя

В это сердце моё, что грустило у сваленных риз.

-

И промчатся года, и развеется сумрак незнанья,

И припомнится всё – этот храм, и топор, и стрижи, –

И про эти вот стены сложу я вот это сказанье

И высокую Песнь, что споётся у этой межи.

-

Пусть послухает внук – и на деда не смотрит столь криво:

Хоть и робок бывал, а любил всё же правду старик!..

Ты прости меня, Боже, за поздние эти порывы

И за этот мой горестный крик.

Москва

Николай  Тряпкин
1918 - 1999



* * * 

В беззакониях зачат, во гресех роди меня мати…

Не омыли в купели, по жизни  пустили бескрестным.

Над попами смеялись. Детишек пугали распятьем

И учили орать на собраньях безбожные песни.

-

Но в минуты отчаянья – «Господи!» – к Богу взывал я.

То душа моя плакала, каялась – Веры просила.

То по церкви родной православная суть тосковала,

По молитвам – во мне – православная кровь голосила.

-

И, когда, замерев пред часовней иль храмом Господним,

Шестикрылые песни крестов целовал я глазами,

Памятливые пальцы сжимались невольной щепотью

И беспамятный лоб осеняли трёхперстным касаньем.

-

И в беспамятный лоб приходило прозренье по мере

Осознанья того, что любовь – это степень страданья.

И огарок души потянулся – всей жаждою – к Вере,

Корешками судьбы прорастая во глубь мирозданья.

-

И – никто не велел. Но душа – в Божьи длани уткнулась,

Божьим сыном вернулась к Отцу из скитаний напрасных.

В русских жилах моих православная кровь не свернулась,

Вековая свеча Православья во мне не погасла.

-

Только в церкви восходит до Господа царство земное,

Только в церкви нисходит Небесное Царство на грешных.

Слава Богу, вернулась душа, причастилась покоя,

Слава Богу, не будет вне дома страдать безутешно.

-

…Под иконами свечи поставлю за маму и папу,

Никого средь людей не нашёл я на свете дороже…

Золотою слезой будет воск по подсвечнику капать.

Ошибаются люди, но Бог – ошибиться не может.

Мурманск

Николай  Колычев



    * * *

Жаркий полдень. Пыльная дорога.

Сельский храм. Полуоткрыта дверь.

Целый век прожившему без Бога,

Что же мне сказать Ему теперь?

-

Много ль смысла в запоздалой вере?

Болью сердце стиснуло в груди.

Слышен голос тихий из-за двери:

– Заходи, раб Божий, заходи...

Москва

Виктор  Кочетков



  * * *

Справа речка, а слева опушка,
А грибов-то – под каждым кустом,
Деревянная мокнет церквушка
Под холодным осенним дождём.

Скрипнет дверь, запоют половицы,
И ни певчих, ни благостных лиц,
На стенах из журнала страницы,
И святые глядят со страниц.

Я таких не видала окраин,
Позолота нигде не блеснёт,
И в поношенной рясе хозяин
В одиночестве службу ведёт.

Спозаранку молебен читает
За страну и за завтрашний день,
Уж не крестит, а всё отпевает
Поколенье глухих деревень.

Всё едино – дожди, завируха,
Эту древнюю дверь отопрёт,
Приблудится, бывает, старуха,
И свечу, как на память, зажжёт.

Столько света в приюте убогом,
Что, теряясь, почти не дыша,
Прослезится от близости с Богом
Непутёвая чья-то душа.

г. Калининград

Светлана  Супрунова



* * *    

Свеча, что ребёнок из церкви несёт,

Что гаснет… но не угасает!

Светла, как надежда, что что-то спасёт,

Когда ничего не спасает.

Санкт-Петербург

Ирина  Моисеева



* * *   

Здравствуй, церковь! Примешь? Впустишь?

Каюсь, грешен, жил безбожно.

Я пришёл, поскольку – русский.

Я пришёл, поскольку – тошно.

-

Гадок плен чужой свободы –

Беспредельной, злобной, ложной.

Я пришёл под эти своды

Исцелиться Словом Божьим.

-

В мире – умопомраченье,

Больше некуда укрыться.

Добрый батюшка-священник,

Научи меня молиться.

-

От дурмана истин лживых

Гаснет разум. В сердце – мглисто.

Душен мир. Но души – живы

Ясным светом вечных истин!

-

Крест кладу я неумело.

Непривычен... Не приучен...

Но душа  переболела.

И на сердце – светлый лучик!

Мурманск

Николай  Колычев



* * *

Плоть осквернена и дух затмен

Посреди отчаянья и срама.

Это время дьявольских подмен

Оставляю за пределом храма.

Здесь же свечи тонкие горят,

Как соборы в небеса главами,

И молитвы Господу творят

Древними забытыми словами.

Надо мною ангела крыло,

Воспевает хор протяжным гласом.

А вокруг дыханье и тепло

Множества, не видимого глазом.

Жизнь ушла, страдая и спеша,

Здесь же, под святыми образами,

Вдруг заплачет девочка-душа

Детскими, отрадными слезами.

Ростовская область

Виктория  Можаева



Из св. Феофана Затворника

-

Братие, не тяготейте

к земному.

Тленно земное. Есть счастье

одно –

это дорога к Небесному

Дому.

Неизменяемо, верно оно.

Братие, каждый и волен,

и властен

выстроить в сердце

Небесный свой Дом,

ибо таким будет вечное

счастье,

как мы короткую жизнь

проживём.

Новосибирск

Александр  Плитченко
1943 - 1997



* * *   

Не надобно иллюзий

ни о широком пузе,

ни о крутой машине,

ни о святом режиме.

-

Не жди ни одобренья,

ни правды… Бог, любя,

приводит ко смиренью

за шиворот тебя.

Кострома

Священник Андрей  Логвинов



* * *       

Любит Бог избранников Своих –

Им открыты горние чертоги.

Только нам, смиренным и убогим,

Слабым, грешным, не хватает их.

-

Кажется, что больше нету сил:

Есть ли доля русской доли горше!

А за лаврой Невскою всё больше

Дорогих оплаканных могил.

-

Скорбью переполнены сердца.

Только благ Господь и знает меру.

И Владыка завещал за веру

Нам стоять до самого конца.

Санкт-Петербург

Татиана  Егорова



  * * * 

Непогода, ноябрь на Руси.
Мать уехала в Борисоглеб.
 Отче наш,  прошепчу в небеси,
про насущный промолвлю про хлеб.
Это было полвека назад,
это вспомнилось только сейчас.
 Отче наш, не Твои ли глаза
на меня посмотрели, лучась? 
Тяжело протекали века,
колокольня устала, звоня.
 Отче наш, не Твоя ли рука
эти годы хранила меня? 
На поруганный храм погляжу,
на прозябшее это жнивьё.
Ничего я Тебе не скажу
в оправданье своё.
 Отче наш! Я плохой ученик,
растерял я друзей и подруг,
прогибаются полки от книг,
отбивается сердце от рук.

г. Одинцово
Московская область

Валерий  Лобанов



Прощание с Армией

-

В разгаре марта, февраля ли,

К исходу Мировой войны

В последний раз в строю стояли

России верные сыны.

-

И Государь, с которым рядом

Они войны тянули воз,

Глядел на всех прощальным взглядом

И не скрывал прощальных слёз.

-

Ведь все присягу принимали…

Застыли Армия и Флот,

Ещё не зная о провале,

Который их, как бездна, ждёт.

-

И не нашлось в тот день кого-то,

Кто б за Царя подставил грудь.

Нигде – ни гвардии, ни роты

Во всей Руси… кого-нибудь…

-

На лицах таял снег покуда,

России чёрный год настал.

И вечер, как печать Иуды,

Их всех в чело поцеловал.

-

Впоследствии раскрылась дверца

Для каждого в житейский ад…

Где лучиком остался в сердце

Царя прощальный, кроткий взгляд.

Кострома

Священник Андрей  Логвинов



Про батю

-

Протащили батю враз через толпу,

Привязали батю к крестному столпу,

Грянул хор незрячих: «Неповадно чтоб,

Как народ дурачил, сознавайся, поп!» –

-

«Братие и чада, в чём моя вина?

Я служил как надо и выслужил сполна…

Только правду Божью паче сих любил,

Души вам тревожил, всё трезвил, да строжил,

Да детей крестил».

-

А в степи далече кречет да кулик,

И не слышно в сечи запрестольный клик:

«Выводи, кривая, из крещенских вод,

Где кресты срывает не народ, а сброд.

-

А что не слышно стону?!» Ахнула толпа

В смертную истому грешного попа,

По траве нездешней расстилался дым…

Грешный батя, грешный, а вот стал святым.

г. Киров

Людмила  Кононова



* * *

Родства запоздалый помин
Мне горечью к сердцу прихлынет:
Как много в России полыни,
Седая до сини полынь.

Фамилию деда храня,
Была крещена половодьем,
Осталась поповским отродьем,
Как звали соседки меня.

Темнеет лицо до бровей,
В минуту сжимаются годы,
Когда я вступаю под своды
Поруганных этих церквей.

Но там, где без часу и дня
Прошу о последнем покое,
Как будто родною рукою
Он крестит и крестит меня.

Москва

Ольга  Постникова



    * * *

Не комедия, не драма –

просто ночью иногда

заколоченного храма

скрипнут ржавые врата...

Свет лампад сочится в щели, хор:

«Спаси и сохрани...»

И выходит в мир священник,

убиенный в оны дни.

Крестным знаменьем широким

осенит поля с холма

и блуждает, одинокий,

словно выжил из ума.

Архаичен в мире новом,

глянет в сторону небес –

и на храме безголовом

воссияет звёздный крест.

Поп идёт легко и прямо,

словно видит Божьи сны...

Не комедия, не драма,

просто – ночь. Моей страны...

Санкт-Петербург

Глеб  Горбовский



* * *

На Шуваловском погосте

Похоронена родня.

Мы приходим к деду в гости.

Это скучно для меня.

-

За рукав отца тяну я,

Мама плачет на ходу,

Ветер воет, птиц волнуя,

В прикладбищенском саду.

-

Над берёзовой посадкой

Крик ворон, синичий свист…

Мама крестится украдкой,

Ибо папа – атеист.

-

Я кручу рукою веник,

Где-то колокол гудит,

А для бабушки священник

Дымным ладаном кадит.

-

Я боюсь его. Мне страшен

Дым кадила, крест и гроб.

В страхи детские окрашен

Этот рыжий русский поп.

-

Это он людей хоронит,

Это он такой злодей,

Это он зерно заронит

Веры будущей моей.

Москва

Владимир  Карпец
1954 − 2017



* * *

Мы снова в городе. Мне восемь.

Вдали от сосен и полей

Бушует ветреная осень,

Листву срывая с тополей.

-

И только тени, только тени

Поют о чём-то в глубине…

Сказал физрук на перемене

О третьей мировой войне.

-

А в шесть четырнадцать с экрана,

Нам излагая наш протест,

Нездешний голос Левитана

Читал правительственный текст.

-

А после всё затихло вроде,

И, словно ветр во тьме ночной,

Гудели песни о свободе

И о войсках бородачей.

-

Пришёл отец. Уже с порога

Взглянул нечаянно в окно.

Но где воздушная тревога?

Всё было тихо и темно.

-

Мелькнула ночь. Всё шло как прежде.

Коснулся окон луч едва,

И словно расцвела в надежде

Уже пожухлая трава.

-

И толпы, как земные воды,

Прорвав гранит ночного льда,

Текли в депо и на заводы,

Как встарь, как прежде, как всегда…

-

Никто не знал, что в осень эту

Там, над землёй, шёл зов на Зов.

И кто-то отмолил планету

В глуши, в избе, у образов…

Москва

Владимир  Карпец
1954 − 2017



ПРОКОПИЙ  ВЕЛИКОУСТЮЖСКИЙ

-

         Прокопий Великоустюжский – первый русский

         юродивый. Жил в 14-м веке. По преданию – из

         немецких купцов. Приехал в Новгород, где

         принял Православие. Раздал все деньги и

         имущество и отправился странствовать по

         Руси. Оказался в богатом купеческом городе

         Великий Устюг. Целыми днями сидел на камне,

         который сохранился до сих пор, провожая

         крестным знамением отплывающие корабли.

         В его житии говорится, что молитвами

         Прокопия от города была отведена

         надвигавшаяся туча из раскалённых камней,

         посланная на устюжан в наказание за их грехи.

         Каменный дождь пролился за городом. Поле,

         усеянное булыжниками, и  сейчас показывают

         туристам, приезжающим в Великий Устюг.

         Однажды зимой юродивого нашли замёрзшим

         на паперти.

-

         Прокопий праведный причислен к лику святых. –

         Прим. автора

-

Где родился, там не пригодился.

Как чужою верой обрядился

и чужой стал берег как милей

своего?.. Сокрыты эти тропы.

Ведом только праведный Прокопий,

провожатый душ и кораблей.

-

Ежедневным обходил дозором

все владенья своего позора,

чужестранец – всякой стороне.

Тумаки, объедки и лохмотья...

И комочек выветренной плоти

на холодном сером валуне.

-

А над ним, над старцем и молодкой,

надо всем промозглым околотком,

где в обнимку липы и кресты,

над холмом, над смехом и печалью,

над лесной, юродивою далью,

хоронящей татей и скиты,

-

над протяжным водным караваном,

над дыханьем и над бездыханным,

над реки началом и концом,

над собакой с лапой перебитой,

выше звёзд – убогого молитва,

как крыло – над мёрзнущим птенцом.

-

И когда отбеленная скатерть

покрывает берега и паперть,

а в полях, как будто неживых,

всё ложатся и ложатся хлопья,

помяни же, праведный Прокопий,

ты и нас в обителях своих.


Сергей  Комлев



* * *

Митрополиту Филиппу – 
Фёдору Степановичу Колычеву
Когда меняли вид материки,
здесь жили люди – нынешним не ровня…
На Соловках – Филипповы ставки,
и рядышком – Филиппова часовня.
 
Здесь нынче осень. Воздух серебрист.
Подкараулив, падает на плечи
наполовину пожелтевший лист,
что тяжелее жизни человечьей.
 
Наверно, так же, глядя в синеву,
игумен шёл по этим тёплым плитам,
он ранним утром отплывал в Москву,
в опричную метель митрополитом.
 
Был царь лобаст и на расправу скор,
не в состраданье верил, а в измену…
Остался белый, праздничный собор,
да этот пруд, да крепостные стены.
 
Здесь нынче осень. По мосткам, гужом,
пройдём сквозь лес и в дом упрёмся хмурый,
где в тёмном брусе – глубоко, ножом –
изящно просто – «СПЕЦКОМЕНДАТУРА»…
 
Давно не веря правильным речам,
живу в стране, где два начала слиты:
здесь памятники ставят палачам
и берегут ставки митрополитов.

Харьков

Константин  Савельев



ПАМЯТИ ЕВГЕНИЯ РОДИОНОВА

Умирал солдат в плену,
Крест не сняв с груди под пыткой.
Шла в то утро от калитки
Мать по тропочке к нему.

Подошла к солдату мать,
Светом тьму вокруг закрыла.
Чтобы легче умирать
Сыну праведному было.

Чтобы видел он поля,
Чтобы слышал голос Бога,
Чтобы русская земля
Крест нести – дала подмогу,
До последней до слезы.
До последней капли крови.

…Там – за отблеском грозы
Встал он рядом – с теми вровень,
Кто оставил землю нам –
Свет священный православья.
Он теперь с родными – там,
На незыблемой заставе.

Москва

Людмила  Шикина



ОБРАЗОК

Ни кола и ни двора,
только дух и только сердце,
да за приоткрытой дверцей
Мирликийский Николай.

Я – блаженный стихотворец,
мироплаватель земной.
Ты – Никола Чудотворец,
путешествуешь со мной.

Нет ни дочери, ни сына,
только жизнь, и все дела.
Ты не гневайся, уж, сильно
Мирликийский Николай.

Жизнь с любовью и тоскою,
выпавшая мне разок.
…А под правою рукою
положите образок.

Может жизнь прошла не зряшно?
Мне с тобою – по пути,
мне с тобой не будет страшно
тьмы загробные идти.

г. Одинцово
Московская область

Валерий  Лобанов



  * * *

Преподобне Антоние Сийский,

О предивный помощниче наш,

Жизнь уходит с просторов российских,

Остаются – печаль и пейзаж.

-

Вдаль – дороги, как судьбы, разбиты,

Вдоль – деревни, пусты и черны…

Помяни наши митрополиты,

Удрученный народ помяни.

-

Умираем в похмелье тяжёлом

Среди самых великих полей.

Ты стоишь перед Божьим Престолом,

Помолись своим чудным глаголом

И любовью блаженной согрей.

Сыктывкар

Андрей  Попов



* * *   

Только тем немножечко

и живу,

что молитвы лодочка

на плаву…

Кострома

Священник Андрей  Логвинов



* * *   

Так таинственно и нежно шепчет ветер,

Притаясь пугливо у воды…

Господи, я знаю: всё на свете –

Это Ты.

-

Путаясь в причудливых созвездьях,

Задохнусь от запахов травы

И замру от гуда пчёл в соцветьях

И от жутких уханий совы.

-

Тихо поцелует меня ветер,

Лишь едва касаясь головы,

И опять услышу: всё на свете –

Это Ты.


Ирина  Дьякова



* * *

Новый день – и новый стих:

И сомненья, и тревоги,

И смятенье, и дороги,

Ветра вольного мотив.

Глянешь в небо голубое – 

Всё пропитано Тобою...

Каждый шорох, каждый вздох –

Всюду Бог.

Липецк

Алла  Линёва



* * *

– Пети, пети, пети! – птица за окном.

Мир зелёный зрети под живым крылом,

Воздухом дышати, свежим, как трава,

В синеву взмывати, как весной листва.

-

Всё на этом свете – только для того,

Чтобы жизнь воспети в милости Его,

Всё Ему воздати… – а там станет звать:

– Спати, спати, спати! – ласковая Мать.

г. Астана
Казахстан

Валерий  Михайлов



* * *

Такая осень на дворе,

Такая осень!..

И просинь неба в октябре.

Как на подносе… 

-

А листопад, а листопад –

Благословенье…

И вдруг захочется назад

Вернуть мгновенье. 

-

И в этот миг не будет слов,

Но будут звуки:

Небесный звон колоколов

По всей округе. 

-

И полной грудью, глядя в даль,

Вздохнёшь глубоко,

И сердцем, утолив печаль,

Услышишь Бога.

г. Щербинка
Московская область

Геннадий  Карпунин



ТЕБЕ, ГОСПОДИ!

-

Бегу по земле, притороченный к ней.

Измученный, к ночи влетаю в квартиру!

И вижу – Тебя… И в потёмках  – светлей.

…Что было бы с хрупкой планетой моей,

когда б не явились глаза Твои – миру?

-

Стою на холме, в окруженье врагов,

смотрю сквозь огонь на танцующий лютик. 

И вижу – Тебя! В ореоле веков.

…Что было бы с ширью полей и лугов,

когда б не явились глаза Твои – людям?

-

И ныне, духовною жаждой томим,

читаю премудрых, которых уж нету,

но вижу – Тебя! Сквозь познания дым.

…Что было бы с сердцем и духом моим,

когда б не явились глаза Твои – свету?

-

Ласкаю дитя, отрешась от страстей,

и птицы поют, как на первом рассвете!

И рай различим в щебетанье детей.

…Что было бы в песнях и клятвах людей,

когда б не явились глаза Твои – детям?̉

-

И солнце восходит – на помощь Тебе!

И падают тучи вершинам на плечи.

И я Тебя вижу на Млечной тропе.

…Но чтоб я успел в сумасшедшей судьбе,

когда б не омыла глаза мои – Вечность?

Санкт-Петербург

Глеб  Горбовский



Рождество Пресвятой Богородицы

-

Матерь Божья, мир души, отрада,

Непорочно вечный свет зари,

Подари

Нечаянную радость,

Мир надежды людям подари.

-

Подари скорбящим исцеленье,

Жаждущим подай глоток воды,

Грешникам даруй пути к спасенью,

Отведи бедовых от беды.

-

Отведи от проклятых

Проклятья,

От злословной порчи отведи.

Пусть поверят люди в то,

Что братья –

Все, кто повстречался им в пути,

Все, кто стал опорой и оградой,

Веру дал, сочувствие своё,

Ведь для всех – нечаянная радость,

Богоматерь, Рождество Твоё.

-

А себе прошу я,

Скромный житель

Той земли, что я счастливым стал,

Чтобы долго ангел – мой хранитель

Правого плеча не покидал.

-

Дай мне дар, чтоб быть к себе построже,

Ко всему, чем я живу и жил.

Только не давай мне, если можешь,

То, чего грехами заслужил...

-

Светлая. Пречистая. Святая.

В этот день, не пряча торжество,

Ткёт тропинку осень золотая

К дню Рожденья Сына Твоего.

-

И по ней

Идти моей России

В нимбе из тернового венца

К дням Рожденья Матери и Сына

И к Престолу светлому Творца.

Москва

Владимир  Фирсов
1937 - 2011



     * * *

Нынче медно-зеркальное солнце,

И, как тёмным колодезем, дым

Вдоль стволов в световое оконце

Шёл миндальным столпом винтовым.

-

Жгут листву, и бестрепетно древо!..

…Сколь нешумно Твоё торжество.

Богородица, радуйся, Дева,

Наступило Твоё Рождество.

-

За окладами елей столетних

Облака розовей и нежней.

Стал на воздухе в травах последних

Запах тёмной крапивы слышней.

-

От сиреневых, палевых сосен

Вкось неяркая тень пролегла…

Даже вид наш, наверно, несносен

Стал Тебе, а не то что дела…

-

Сколько лет Ты от нас в отдаленье!

Нас детьми от Тебя увели.

Чуть не век, будто на поселенье,

Пробыла Ты за краем земли…

-

С той фатальной ошибки российской

Мы в посмертном долгу пред Тобой,

Но склони же Свой плат византийский

К голове моей полуседой;

-

Обрати Своё сердце к затворам,

К тем, где даже и слёзы не льют,

Где овчарку с уклончивым взором

Инородцы-солдаты ведут.

Москва

Ольга  Ермолаева



ЧАБРЕЦ

(Богородицкая трава) 

-

В Богородичный день, утопающий в ласковой сини

Осенин, облачённых в сентябрьский кровавый багрец,

На бескрайних полях, на безмолвных полянах России

Богородской травой возрастает пахучий чабрец. 

-

Что за дивные сны с чабрецом навевает подушка,

С тем, которым иконный оклад украшали в Престол.

И прекрасной царевною станет простая лягушка,

И не станет помехою кречетам ясный соко́л! 

-

Сколько сложено сказок о сём на людскую потребу.

Как причудлива их златотканая, мудрая вязь…

Рождество Богородицы – лествица в чистое небо.

Рождество Богородицы – осени топкая грязь. 

-

А из грязи, хвостатый бунчук на скаку поднимая,

Смертным мороком явятся тысячи волчьих сердец.

И падут ковыли в полный рост под пятою Мамая,

Но пригнётся к земле, распрямившись, Непрядвы чабрец! 

-

И навстречу врагу под хоруговью «Ярого ока»,

В Богородичный день, богородской любимой травой,

Вылетают засадные вершники князя Боброка,

Созываемы в битву Архангела звонкой трубой! 

-

И усеется поле коростою ратного спора –

Куликово,

заветное,

в поросли из чабреца.

Расточится туман, и заря, словно плат омофора,

Ниспадёт на траву –

и не будет России конца!

Москва

Андрей  Шацков



БОГОРОДСКАЯ ТРАВА

-

Собирала Богородица

Богородскую траву,

Горевала, что не родится

Никого уже в хлеву.

-

Ни пресветлого ребёночка,

Ни домашнего скота, – 

Затянула хлев, как плёночка,

Мировая пустота.

-

Ни к чему, тесьмой обвитая,

Богородская трава,

В ночь купальскую добытая

От чужого колдовства.

-

Те затеи позаброшены

В шумных некогда дворах,

Ясли пылью запорошены,

Вместо сена – серый прах.

-

И в страданьях предстоящих

Не утешит травный дух

Одиноких, уходящих,

Богу преданных старух.

Москва

Светлана  Кузнецова
1934–1988



Покров

-

Покров засыпал землю мокрым снегом  

Предвестьем приближения зимы,

Чтоб поскорей сентябрьскую негу,

Прощанье с летом позабыли мы.

-

Пора готовить встречу гостье новой:

Проветрить шубы, утеплить жильё,

Поставить на железные подковы

Подвижное имущество своё.

-

Что проку грезить тёплыми деньками?

Грядущее за окнами пуржит.

Покров в России  Богоматерь с нами!

И нужно просто слякоть пережить.

Москва

Валерий  Латынин



ПАМЯТИ АЛЕКСАНДРА СИДЕЛЬНИКОВА

Отступаем. Всё меньше и меньше
Верных воинов стылой зари.
По-над копьями огненно плещут
Наши стяги в засохшей крови.

Завершили, что нам предрекали,
Искупая не нашу вину.
И вороньи голодные стаи
Закружили ночную страну.

Отступаем. Закончены битвы.
Нашим мёртвым положен покой.
Нашим вдовам открыты молитвы
В белой церкви над чёрной рекой.

Молчаливы в поломанном строе.
В слое пыли не блещут щиты.
Лишь сердца надрываются в стоне,
Когда топчем и топчем цветы.

Когда всё, что могли, – совершили.
Когда главное всё –
Нас ломали, но нас не сломили.
Наша правда – кресты на груди!

Наша вера – в глазах на хоругвях,
Наша воля – в нетварном огне.
Отступаем в порезах и струпьях,
Оставляя просёлки во мгле...

Отступаем. Но сеем могилы
Самых близких и чистых друзей.
И земля восполняется силой –
Из объятий своих сыновей.

Москва

Василий  Дворцов



Мироточат иконы... 

-

Мироточат иконы.

Кровоточат слова.

Колокольные звоны

Над тобою, Москва.

-

Я устал торопиться

И перечить судьбе.

Окольцованной птицей

Возвращаюсь к тебе.

-

Постою у порога,

Где толпится народ.

...Кольцевая дорога

Никуда не ведёт.

г. Всеволожск
Ленинградская область

Владимир  Шемшученко



Песенка о лёгком иге 

-

           Третий глас  

-

Христу Богу работать легко:

Не велит Он каменья носить,

Ни столетние кедры валить,

Ни за счастьем идти далеко,

А велит Он друг друга любить,

Вот и всё, вот и всё, вот и всё!

Киров

Андрей  Кононов



РОЖДЕСТВО

-

Январский день – спокоен, 

                         светел,

как задушевный разговор:

его теплом приютным встретил

Христорождественский собор.

-

И – тени тают ледяные!

Родильный дом – напротив… 

                         На

снегу папаши молодые

родные пишут имена.

Омск

Юрий  Перминов



ПУТЬ

-

В снежные руки пастушеский кнут

Ветер возьмёт, по белеющим кочкам

Щёлкнет сердито… Волхвы всё идут,

Богу подарки несут в узелочках.

-

Где ж тот предвиденный град Вифлеем?

Бодрствует? Спит, очарованный Чудом?

Он за снегами не виден совсем,

Спрятан в просторе безлюдном.

-

Путь ощетинился глыбами льда,

Колется снег, словно хвойник подстожный.

Но указует дорогу Звезда. –

Значит, назад повернуть невозможно.

-

Делай, что должно, неси и храни,

Свет очага прозревай сквозь метели, –

Только столетья, и годы, и дни

К Божьей сложи колыбели!

Архангельск

Елена  Кузьмина



Праздник детства

-

Рождество.

За окном тёмно-сине.

Красит стёкла мороз неспроста...

Мать довольна:

Средь снега и стыни

Собираемся славить Христа.

-

Невеликое в сущности дело,

Но душа от восторга дрожит...

Снег лежит удивительно белый,

Удивительно добрый лежит.

-

Меж сугробов, по хрумкой дорожке,

Держим путь спотыкливой гурьбой

В старых валенках, в зябкой одежке,

С Вифлеемской на древке звездой.

-

И с клубами морозного ада,

Возвещая Христа Рождество,

Валят в избу советские чада,

Славя светлое имя Его.

-

С Октября идёт год тридцать пятый,

Но от веры народ не отвык,

Пусть мы в школе, как все, – октябрята,

Но с утра – пастухи и волхвы.

-

Кто-то скажет: «Ну что за нелепость!

Сочинений сегодняшний бред,

Если даже декретом Совдепа

Было сказано: “Господа нет!”».

-

Только всё ж не пропало наследство,

Наши матери веру спасли,

Мы её из далёкого детства

Завещаньем любви пронесли...

-

...На берёзах морозные бусы,

Блеск звезды над разливом зари,

Но о чуде Младенца Иисуса

Знать не знают земные цари.

-

Резкий холод слезу вышибает,

На сужденья ещё не мастак,

Я бегу и в ладони сжимаю

Божьей славы серпастый пятак.

Нижний Новгород

Владимир  Жильцов
1946 – 2010



Рождество

Марине Ганичевой

В зимней северной глуши

Занесло дороги снегом.

Монастырь моей души

Отдыхает от набегов.

Не ярится злобный тать,

Не летят зажжённы стрелы.

Значит, время починять

Потревоженные стены,

Обойти с молитвой двор,

Подсчитать свои потери,

В храм заснеженный, в притвор

Отворить под вечер двери.

-

Пусто в храме. Полумрак.

Холод плещется волною.

И зияет – си́лен враг! –

Купол раною сквозною.

Вот и плачь, душа, и жди,

Повздыхай, родная, кротце!

В эту рану от Звезды

Непременно свет прольётся.

Даруй, Боже, благодать,

Средь зимы – Господне лето,

В белом столбушке стоять

Немерцающего света! 

Архангельск

Елена  Кузьмина



* * *       

У тех, кто молится ночами,

Глаза становятся – очами,

Двумя осколками небес,

Где всё: и радость, и рыданье,

И ужас крестного страданья –

Того, Кто в третий день воскрес.

Казахстан

Лидия  Степанова
1946 - 2004



СВЯТОЧНОЕ

-

Блекнет день,

Исполнясь ветхим светом.

В старый сад тропа заметена.

В снежной сфере яблоневых веток

Созревает новая луна.

-

На дворе – мороз, но временами

Чудится, что в заоконной мгле

Сладко пахнут горними садами

Яблоки, не собранные нами, –

Маленькие луны на земле.

Санкт-Петербург

Андрей  Ребров



* * *  

Прости мне в пречистом сиянье

За тёмные годы мои.

На тёплой заре покаянья

Не поздно молить о любви. 

-

Не поздно в берёзовой чаще

Заплакать, не чувствуя слёз,

О всех, над землёй просиявших

Сияньем соборных берёз. 

-

Когда над бесовством и срамом,

Как древняя совесть земли,

На крыши поруганных храмов

Босыми берёзы взошли. 

-

Прости мне их крестную муку,

Где страшно и глянуть в провал.

Как будто им светлую руку

Скорбящий Господь подавал.

Орёл

Виктор  Дронников
1940 - 2008



* * *

У речушки, у холма, у стога,

У последней на земле версты

Я благодарю сегодня Бога

За преодоленье немоты.

-

И за тайну древнего кургана,

И за то, что вспенена Угра,

И за Откровенье Иоанна,

И за два послания Петра.

Москва

Владимир  Мощенко



ВОЗЛЮБИВШИЕ

…кому мало прощается, тот мало любит.
                                                    Лк. 7,47

Иисус, в дом войдя к фарисею, возлёг.
И сосуд алавастровый с миром
Принесла Ему женщина, встала у ног –
Его ноги слезами омыла.

Фарисей про себя удивился весьма:
Неужели не видит порока?!
Моет ноги – на ней негде ставить клейма,
Он бы знал это, будь Он пророком…

Мы – весёлые люди, а в душах разброд,
Мы – тяжёлые люди, не боги,
И случайная женщина слёзы прольёт,
Омывая нам грешные ноги.

А у нас на душе непонятная тьма,
Фарисейский вопрос – не иначе.
Что за слёзы? На ней негде ставить клейма –
Никакими слезами не спрячешь.

Но сказал Иисус фарисею в ответ,
Да и нам говорит это строго:
Много ей прощено – и греха на ней нет,
Раз смогла возлюбить она много.

Сыктывкар

Андрей  Попов



Сретение

-

Шла колесница солнца под уклон,

На облаках блистали аметисты.

В заре закатной воском золотистым

Светился мрамор храмовых колонн.

-

И шёл от храма ветхий Симеон,

Темнея ликом каменным и мшистым.

А на груди у Матери в душистом

Её покрове радовался – Он!

-

Весь просиял, глядел не нагляделся,

В слезах склонясь у крошечного тельца.

И пóднял очи благодарно в твердь

-

Тот терпеливый, давний тот проситель,

Тот патриарх, которому Спаситель

Принёс давно обещанную смерть.

Москва

Владимир  Пальчиков (Элистинский)



СРЕТЕНИЕ

Анне Ахматовой
Когда Она в церковь впервые внесла
Дитя, находились внутри из числа
людей, находившихся там постоянно,
святой Симеон и пророчица Анна.
 
И старец воспринял Младенца из рук
Марии; и три человека вокруг
Младенца стояли, как зыбкая рама,
в то утро, затеряны в сумраке храма.

Тот храм обступал их, как замерший лес.
От взглядов людей и от взоров небес
вершины скрывали, сумев распластаться,
в то утро Марию, пророчицу, старца.

И только на темя случайным лучом
свет падал Младенцу; но Он ни о чём
не ведал ещё и посапывал сонно,
покоясь на крепких руках Симеона.

А было поведано старцу сему
о том, что увидит он смертную тьму
не прежде, чем Сына увидит Господня.
Свершилось. И старец промолвил: «Сегодня,

речённое некогда слово храня,
Ты с миром, Господь, отпускаешь меня,
затем что глаза мои видели это
Дитя: Он – Твоё продолженье и света

источник для идолов чтящих племён,
и слава Израиля в Нём». – Симеон
умолкнул. Их всех тишина обступила.
Лишь эхо тех слов, задевая стропила,
 
кружилось какое-то время спустя
над их головами, слегка шелестя
под сводами храма, как некая птица,
что в силах взлететь, но не в силах спуститься.

И странно им было. Была тишина
не менее странной, чем речь. Смущена,
Мария молчала. «Слова-то какие…»
И старец сказал, повернувшись к Марии:
 
«В лежащем сейчас на раменах Твоих
паденье одних, возвышенье других,
предмет пререканий и повод к раздорам.
И тем же оружьем, Мария, которым

терзаема плоть Его будет, Твоя
душа будет ранена. Рана сия
даст видеть Тебе, что сокрыто глубоко
в сердцах человеков, как некое око».

Он кончил и двинулся к выходу. Вслед
Мария, сутулясь, и тяжестью лет
согбенная Анна безмолвно глядели.
Он шёл, уменьшаясь в значенье и в теле

для двух этих женщин под сенью колонн.
Почти подгоняем их взглядами, он
шёл молча по этому храму пустому
к белевшему смутно дверному проёму.

И поступь была стариковски тверда.
Лишь голос пророчицы сзади когда
раздался, он шаг придержал свой немного:
но там не его окликали, а Бога

пророчица славить уже начала.
И дверь приближалась. Одежд и чела
уж ветер коснулся, и в уши упрямо
врывался шум жизни за стенами храма.

Он шёл умирать. И не в уличный гул
он, дверь отворивши руками, шагнул,
но в глухонемые владения смерти.
Он шёл по пространству, лишённому тверди,

он слышал, что время утратило звук.
И образ Младенца с сияньем вокруг
пушистого темени смертной тропою
душа Симеона несла пред собою,

как некий светильник, в ту чёрную тьму,
в которой дотоле ещё никому
дорогу себе озарять не случалось.
Светильник светил, и тропа расширялась. 


Иосиф  Бродский
1940–1996



Какие горы без вершин...

-

Какие горы без вершин?

Камней собранье.

И что живущий без души?

Одно названье.

Зима без снега, не зима –

Природы хворость.

Душа без веры – грех и тьма,

Гееннский хворост.

А без цветения весна –

И глянуть жалко.

Без Православия страна –

Людская свалка.

Нас вырубали столько лет –

С рубак не спросят.

Смолчит о вырубке поэт,

Любитель просек.

Полуразваленные пни

На месте бора.

О, окаяннейшие дни –

У власти свора.

Мы оскудели неспроста

Под игом Зверя:

Приобретенье без Христа –

Всегда потеря.

Что о потерях говорить –

Их больно много.

Но как оплакать, искупить

Потерю Бога?

Не оттого ли вся беда

И эта кипень?

...Без обретения Христа

России – гибель!

Скит Ветрово

Иеромонах  Роман



Дважды два

-

О свободе толкуют много.

О свободе мечтает всяк.

Отрекись от себя, от Бога,

и – свободен... Иначе – как?

-

Будь ума у тебя палата,

будь ты круглый совсем дурак...

Одиночество – это плата

за свободу. Иначе – как?

-

Был, как ветер, вчера свободен

путешественник и моряк.

Где он ныне? Вернулся вроде

к миру, к людям. Иначе – как?

-

В одиночку тебе и вьюга

в снежном поле – смертельный враг.

Несвободны мы друг от друга

и от Бога. Иначе – как?

Набережные Челны

Николай  Алешков



Молитва к Богородице

-

Из слезинок молитва строится,

Тает на сердце холод:

– Снизойди и к нам, Богородица,

Посети этот город.

Собери в кабаках, на торжищах,

На больничных постелях

Всех Иванов, родства не помнящих,

Всех Марий на панелях.

Растолкуй им, Заря Небесная,

Свет явившая людям,

Что повисли над бездною,

Что себя не отсудят.

Подыми бедняг из попрания,

Сокруши их кумиров

И погибшим яви взыскание

И спасение – сирым. 

-

В этом мире страстей горячечных –

Бестолково-витринном –

Исцели нам сердца незрячие

И поставь перед Сыном.

Одари обожжёнными гарями,

Покаянною грустью,

Чтобы стали Иваны с Марьями

Светозарною Русью.

Тосно
Ленинградская область

Татьяна  Шорохова



* * *

Отпевали мамку Венькину,

мамку глупую, красивую,

молодую, несчастливую…

За окном синички тенькали,

заливало церковь солнышком,

Венька съёжился воробушком

на скамейке под иконами.

Мужики ворчали  сонные:

полтора часа – не менее –

батюшка служил размеренно.

Голосок срывался слабенький,

то взлетая вверх, то падая.

Повторял слова отрадные

Веньке тайно ангел пламенный.

И какие-то мгновения

Венька видел, как воочию! –

шли блажени непорочнии

вместе с мамкой в даль весеннюю.

…И потом, уже за речкою,

на кладбищенской окраине

думал: здесь ли бесконечное,

где ни слёз, ни воздыхания?!

И в своей унылой горенке,

всё твердил полночи истово

те слова, что ангел горестный

подарил ему таинственно.

Архангельск

Елена  Кузьмина



  * * *

Ангеле святый, твою поруку,

Твои крылья ощущаю въявь.

Укрепи мою худую руку

И на путь спасения наставь.

-

На земле держусь я что есть мочи,

На земле, боготворящей высь.

Ты прости мне дни мои и ночи,

За меня ко Господу молись.

Москва

Владимир  Мощенко



САМОЕ ПРОСТОЕ

 
Раба Божия рябина,
кривобокая, в рябинах,
к церкви приросла,
на ветру промозглом стоя,
просит самое простое –
света и тепла.
 
Раба Божия Марина
и нарядом из ряднины,
и лицом страшна,
На ветру у церкви стоя,
просит самое простое –
хлеба и вина.
 
Жизнь проходит у рябины.
Жизнь проходит у Марины.
И судить не нам,
чем они угодны Богу,
что дается им так много:
жить у входа в храм.

Москва

Наталья  Лясковская



     * * *

От трескучей фразы на злобу дня,
Виршей холопских, бешеных тиражей,
Ангел Благое Молчанье, храни меня –
Губы мои суровой нитью зашей.

Лучше мне, измаявшись в немоте,
Без вести сгинуть, в землю уйти ручьём,
Чем, локтями работая в тесноте,
Вырвать себе признанье – не важно, чьё.

Лучше исчезнуть, попросту – помереть,
Быть стихами взорванной изнутри.
Только бы – перед ликом Твоим гореть,
Только бы слушать, только б Ты говорил!

Только бы слушать, вслушиваться в шаги,
Свет Твой угадывать из-под прикрытых век…
Вечность во мне, прошу Тебя, сбереги,
Ибо я всего-то лишь –  человек.

В час, когда сердце захлёстывает суета,
Требуя покориться и ей служить,
Ангел Благое Молчанье, замкни мне уста,
Чтобы мне перед Словом не согрешить.

Июнь 2014

Санкт-Петербург

Екатерина  Полянская



ВОСПОМИНАНИЕ ОБ ОДНОЙ УЛЫБКЕ

-

Баллада

-

Морозный день. Жандарма крик.

От роду – десять лет.

И тут подъехал грузовик,

в озябших фарах – свет.

-

Лежал пленённый городок

под снегом и золой.

Топтались Запад и Восток

вокруг столба с петлёй.

-

Десяток их, десяток нас –

толпы... Откинут борт.

И грузовик в который раз

чихнул в оскалы морд.

-

А там, под тентом – в глубине

фургона, – человек!

В его глазах, на самом дне,

уже не страх, а снег.

-

К запястьям проволоки медь

прильнула... глубоко.

Сейчас ему хрипеть, неметь,

вздыматься высоко.

-

И вдруг, печальна и чиста,

как музыка лица, –

улыбка тронула уста

казнимого юнца!

-

...Потом и я бывал жесток,

забывчив – не солгу,

но та улыбка – на Восток! –

по гроб в моём мозгу.

-

Что ею он хотел сказать?

Простить? Согреть свой дом?

...Решили руки развязать.

Спасибо и на том.

-

Он кисти рук разъединил,

слегка разжал уста.

И всё живое осенил

знамением креста.

Санкт-Петербург

Глеб  Горбовский



       * * *

Бывают дни особой силы,

Когда в теченье дня всего

Помимо «Господи, помилуй!»

Нет в мыслях больше ничего.

Краснодарский край

Николай  Зиновьев



* * *

Не понимаю, что творится.

Во имя благостных идей

Ложь торжествует, блуд ярится…

Махнуть рукой, как говорится?

Но как же мне потом креститься

Рукой, махнувшей на людей?..

Краснодарский край

Николай  Зиновьев



Борисоглеб

-

Слава Богу, что я русский житель!

Слава Богу, что не всё во мгле:

Есть Борисоглебская обитель –

Как дыханье неба на земле.

-

Обласкало солнце сад и стены –

Сладость и для сердца, и для глаз.

Были и осады, и измены.

Слава Богу – веры был алмаз!

-

Древней кладки каменная арка

Прочностью равна земной оси,

Точно слово старца Иринарха

О скончанье Смуты на Руси.

-

Вечностью стреножена обитель.

Жеребёнком к ней, Борисоглеб,

Жмётся всё сильней окрестный житель,

Раз насущным стал небесный хлеб…

Кострома

Священник Андрей  Логвинов



Земля обетованная

-

Сорок лет по чаще да болотине

Мира, утонувшего во зле,

Я искала Родину на родине,

Свет – во мгле и Небо – на земле.

И нашла всё это, как ни странно, я,

Истинное место для житья...

Вот она,  земля обетованная –

Церковь православная моя!

Алтаря священные служители,

Духом овеваемы Святым,

Кроткие земные небожители –

Аллилуйя и кадильный дым!

Плачущего сердца предстояние

Пред Отцом Небесным и во мгле –

Огонёк немого осознания,

Что лишь в этом счастье на земле...

Мне идти путями серебристыми

С тайным озарением в душе:

Тем, кто видел Свет во свете истины,

И слова не надобны уже.


Раиса  Котовская
1951 - 2007



* * *    

В комнате глаженым пахло бельём,

Чисто и тонко пахло ребёнком,

Сохлым, дурманяще вялым быльём,

Тёплою пылью, свежей пелёнкой.

-

Остановилась, дух затая,

Падал полуденный луч, освещая

Этот мгновенный срез бытия,

Хаос в гармонию вновь превращая.

-

И, проходя сквозь оконный проём,

Был он сильнее тяготы внешней.

В комнате глаженым пахло бельём,

Садом нездешним, детством безгрешным.

-

Ветхий кораблик земного жилья

Плыл через годы, напасти минуя...

Мир, где оставлю когда-нибудь я

Всю неподъёмную радость земную.

г. Киров

Людмила  Кононова



* * *

Деток поднять бы, да ни одного

Не упустить в забытьи.

Господи, нет у меня ничего –

Только молитвы мои!

-

Так и стою перед ликом Его: 

– Господи, погляди, 

Нет за душой у меня ничего –

Дети да крест на груди.

Ростовская область

Виктория  Можаева



А Ироду спасения  не чаять

-

А Ироду спасения не чаять:

За злодеянье милостей не ждут.

Младенцы, умерщвлённые мечами,

Доныне у Престола вопиют.

Их много тысяч! Страшное счисленье!

История свершённое хранит.

Которое по счёту поколенье

Царя жестокосердого клеймит?

О нём ли речь? Что нового на свете?

Поистине терпенье без границ.

О матери! Прости меня, Содетель,

Что называю так детоубийц!

И всё-таки! О матери! Доколе?

Я заклинаю ради всех святых:

Не убивайте жмущихся от боли

Незрячих, безголосых, но ЖИВЫХ!

Не умножайте скорби над страною!

Не слушайте губительных речей!

Но лекари недаром белизною

Задёрнули обличье палачей.

О Родина! Ты, словно в исступленье,

Себя решила извести совсем.

Какого мы хотим благословенья?

На каждый день – кровавый Вифлеем!

Кровавит мир! Кровь – всё-таки водица!

По всей земле великий недород!

О Пресвятая Дево! Как молиться?

Стал иродом-народом мой народ.

Но жив Господь! Любое преступленье

Несёт с собою высший приговор:

Родившиеся станут отомщеньем

За убиенных братьев и сестёр.

Скит Ветрово

Иеромонах  Роман



* * *

Мир там оборвётся, где тонок…

Склонилось с Небес Божество:

Убитый в утробе ребёнок

Лежит на ладони Его.

-

Согласно сегодняшней моде

Душа наизнанку пуста.

Слеза об убитом народе

Бежит по щеке у Христа.

Кострома

Священник Андрей  Логвинов



МЕДОВЫЙ СПАС

-

На Родине – Медовый Спас.

В церквях полным-полно народа,

И все, как водится у нас,

Толпятся с баночками мёда.

Мальчишка пробует на вкус

Губами капли с крышки липкой...

И Сам Сладчайший Иисус

Глядит на это всё с улыбкой!


Монах  Варнава



Церковка 

Юрию Курдину 

То ли небо ниже наклонилось,

То ли поле выгнулось горбом,

Для того, чтоб церковка вонзилась

Прямо в небо простеньким крестом. 

-

Сколько храмов, Господи помилуй!

Так и рвутся, рвутся в небеса.

Господи! Божественною силой

Отвори невидящим глаза! 

-

Неспроста ведь, солнцем облитая,

Словно Дух и Совесть всей Руси,

С бугорочка церковка простая

Во Твои уткнулась небеси...

Саров

Геннадий  Ёмкин



Пред Ликом теплится лампада

-

Под вечер медленное стадо,

Пыля, бредёт вдоль яблонь сада,

Ступая тяжко на дорогу...

Мы ближе и к себе, и к Богу

В часы заката. А луна

Растёт на яблоне. И с липы

Стекают вязкие меды;

Медовым запахом облиты,

Луной просвечены сады.

-

Ночь растворила в лунной мгле

Лягушек, пляшущих вприсядку,

Ночных кузнечиков зарядку,

Туман, ползущий по земле;

Бычков, лежащих на соломе,

И жвачку мерную коров,

Покой, разлитый в каждом доме, –

Венец дневных больших трудов.

-

Луна глядит сквозь сетку сада,

Пред Ликом теплится лампада.

Господь хотяяй всем помочь...

И это – Высшая награда,

И ничего душе не надо –

Лишь этот Лик и эта ночь. 

Москва

Юрий  Могутин



Горькая эпитафия

-

Прошёл войну, да не одну,

Потом – концлагеря.

Рос, поднимая целину,

До партсекретаря.

Не верил в Бога до седин,

И был районным СМУ

Разрушен храм, да не один,

Благодаря ему.

Три ордена за ратный труд

Да плюс за мирный два.

С начальством тих, с другими крут,

И, подтвердит вдова,

Трудился он, горя, спеша,

Радея о стране.

«А где сейчас его душа?» –

Подумалось вдруг мне.

Всегда и всюду для него

Во всём был высший смысл.

«И где сейчас душа его?» –

Не отступала мысль.

Но мне опять, в который раз:

Война... плен... целина...

А я: «Да где ж душа его сейчас!»

И правда – где она?..


Монах  Варнава



ДАЛЕЕ – ВЕЗДЕ!

 
(Из цикла «Домой»)
 
Трясясь в гремучей электричке,
скрипя в железной борозде,
проснёшься ночью по привычке
от крика: «Станция Кулички!»
и громом: «Далее – везде!»
 
Вскричать – куда же делись люди?
Вскочить – а ног не оторвать.
А грудь уж горний воздух студит…
Вот так нам Бог, убогим, судит –
лишь умирая, прозревать.
 
Иным путём к иному дому
по первозданной борозде
несясь, постигнешь сквозь истому,
кто ж возвестил тебе, простому:
«Ты будешь
далее –
везде!»

Москва

Наталья  Лясковская



* * *

Баба Вера, Вера Фёдоровна,

У которой мы гостим,

Зачерпнула горя – вёдрами,

Счастье – унесла в горсти.

-

Но живёт в ней неизменная

Та Любовь и Доброта,

Что даруется, наверное,

Только верой во Христа.

-

…На столе – скатёрка чистая.

И заварка – хороша.

И глаза у всех – лучистые.

И – не мается душа.

-

Лишь вздохнёт хозяйка: – Детушки,

Не крещёны до сих лет!

Оттого – все ваши бедушки;

А за них – один ответ…

-

Выпив чаю основательно,

Мы уходим, погостив.

Баба Вера обязательно

Нас вослед перекрестит.


Татьяна  Бородина



  * * *

Прожила тётя Валя с любовью
Ко всему, что Господь подарил,
К своему небольшому становью,
Где вставала всегда до зари,
Где согрела живыми руками
Каждый в доме своём уголок,
Нарядила его рушниками,
Обновила и пол и полок.
Прожила благодарно и чисто
Под портретами мамки с отцом,
И ходила – светла и лучиста
И душою своей, и лицом.
Бог ей скажет: «Иди, золотая,
В те края, где покой и добро…»
И синичка-душа, улетая,
На порожек обронит перо…

Ростовская область

Виктория  Можаева



Сон 

-

По стенам у нас не висело икон,

красного угла и в помине не было,

а мне в детстве приснился сон:

изба на угоре у моря Белого.

Помнится: стол, скамья под окном,

утро ли, вечер ли светлый, неважно...

Входят мужи в одеянье чудном,

сияют кресты на груди у каждого.

В горницу, полную тишины,

солнышком освещённую,

вошли и встали у дальней стены, –

радостно смотрят на меня, 

                                          некрещёную,

не считавшее сие за беду. 

-

Я книжку любила про попа и балду,

росла Марьей, родства не помнящей,

дудела со всеми в одну дуду,

кричала с друзьями на сонмище:

«Рабы – не мы!». 

                           И всё же рабе

Божьей 

             радости хватило в бездомье

оставаться памятью в той избе,

как в родовом родительском доме.

Архангельск

Елена  Кузьмина



* * *

Дома пусты, и улица пустынна,

Проносит ветер соль солончака,

Над крышей почерневшего овина

Отарой кучерявой облака,

Вскипая по краям, отходят к югу,

Теснятся и, грузнея изнутри,

Роняют дождь...

Всё движется по кругу...

Что, Господи, творишь, то и твори!

Плещи крылом в черёмухах зелёных,

Верши зароды, бей копытом шлях,

Коси хлеба и охраняй влюбленных,

Звездой падучей грохочи в горах.

Детей расти! Сверкающую ленту

Гни в радугу, разрядами сверкай...

Что хочешь, делай,

Но планету эту –

Прошу! – из рук Своих не выпускай.

пос. Кузьмолово
Ленинградская область

Виктор  Брюховецкий



* * *

Да никто не дерзнёт сказать, что

ненавидимы мы Богом!

                    Повесть временных лет

Я брела наугад, ошибалась и в кровь расшибалась,

Каждый раз успевая урок предыдущий забыть.

Я пыталась исполнить хотя бы несложную малость:

Не скулить по-собачьи, а также по-волчьи не выть.

-

А ещё – не хулить даже самым изящнейшим слогом

Землю, время, судьбу, что даются один только раз,

И не верить, коль скажут, что мы ненавидимы Богом,

И не верить, коль скажут, что Он отвернулся от нас.

Санкт-Петербург

Екатерина  Полянская



* * *

Сердце верит, не устанет –

Гонит прочь

Время темных испытаний –

Эту ночь,

-

Одиночество и ветер,

Трепет сна…

И приходит на рассвете

Тишина.

-

Тишина – и сразу дорог

Каждый слог.

Что ж я плачу, как ребёнок?!

Это Бог.

Сыктывкар

Андрей  Попов



* * *

В деревеньке детства дурень Митя

Бормотал, не подымая глаз:

– Рóдные мои! Не проходите. 

 То само проходе мимо нас!

-

Полотенце не для умыванья –

Чтоб зимой не мёрзла голова.

И никто не обращал вниманья

На его дурацкие слова.

-

А теперь и сам, подобно Мите,

Заклинаю в предвечерний час:

– Рóдные мои! Не проходите!

Всё само проходит мимо нас.

Скит Ветрово

Иеромонах  Роман



ПЯТНИЦА ПАРАСКЕВЫ 

-

Прасковья Иванна Ромашкина  

в пятницу, второго мая две тысячи третьего года от Рождества Христова  

оделась нарядно:  

в синий (как небо) платочек,  

зелёную (как лес) кофту,  

чёрную (как земля) юбку. 

Мы с Юрком подсели к ней на лавочку 

у целительной купели Серафима Саровского.  

– Вона, кака у тебя борода-то, а лицо молодое, – сказала мне 

Прасковья Иванна. – Ты с какого года будешь?  

– С пятьдесят девятого, бабушка. 

– А я – с шишнацатого, – сказала Прасковья Иванна 

и улыбнулась во весь однозубый рот. 

– Сорок три года разницы. И мне столько же. А всего: 

– Осьмдесят шесть! – не без озорства воскликнула Прасковья Иванна. 

– Бабушка, купаться будете? – спросил Юра. 

– Из вёдрышка. Меня сноха польёть. 

– А давайте мы вас сфотографируем! 

– Мне бы – с батюшкой Серафимом.  

Юра и снял её: 

возле большой иконы преподобного Серафима, 

опирающуюся на палку.

Двое: не плоть от плоти, но дух от духа.

И еще Юра снял:

то Прасковья Иванна смеётся со мной,

а то – я с ней, 

то Прасковья Иванна с сыном Иваном (главный на заводе каких-то агрегатов),

внуком Иваном да снохой Еленой,

а то – все мы, двенадцать харьковских паломников,

вместе с семьей Прасковьи Иванны

(попросили дядечку нажать на кнопку); 

мы – уже послекупельные, со взъерошенными ветром мокрыми волосами, 

и Прасковья Иванна –

в синем (как небо) платочке,  

зелёной (как лес) кофте 

и чёрной (как земля) юбке. 

Фотки мы теперь отошлём 

в село Абрамово Арзамасского района Нижегородской области,  

благо, почта нынче работает хорошо, 

послание дойдёт быстро: днёв за пятнадцать-семнадцать – 

из Харькова сначала через Киев,

потом через Брянск,

затем – Москву, Нижний, Арзамас.

И будут у Прасковьи Иванны Ромашкиной

стоять на полочке снимки:

она у целительной купели –

с сыном Иваном, внуком Иваном и снохой Еленой,

и отдельно – вдвоём с батюшкой Серафимом – 

на веки на вечныя. Дух от духа.

г. Харьков
Украина

Станислав  Минаков



    * * *

Морозным вздохом белого пиона
Душа уйдёт в томительный эфир…
Молитвою отца Серапиона
Я был допущен в этот горький мир.

Был храм забит – меня крестили в бане,
От бдительного ока хороня.
Телёнок пегий тёплыми губами
В предбаннике поцеловал меня.

И стал я жить, беспечен и доверчив,
Любил, кутил и плакал на износ.
Но треснул мир, и обнажилась вечность.
Я вздрогнул и сказал: «Спаси, Христос!»

«Спаси, Христос!» Кругом одна измена,
Пустых словес густые вороха.
Свеченье молока и запах сена
Смешались с третьим криком петуха.

Ликует зверь… Спаситель безутешен,
Но верю, что не отвернётся Он,
Всё знающий: кто правенден, кто грешен.
Он вороньё отгонит от скворешен…
Тяжёл твой крест, отец Серапион.

Москва

Владимир  Костров



Соборование

-

…Он подоткнул за пояс полы рясы

И запахнул цивильное пальто.

Взял чёрный чемоданчик…

Вдоль всей трассы

Молчал, чуть съёжась в уголке авто.

Приехали.

Больная умирала.

Сознание оставило её.

…В передней облачился он, и стало

В квартире – словно в храме.

Забытьё

Рабы Натальи гостя не смутило.

Он свечку перед образком зажёг.

И задымило вдруг паникадило.

Нам показалось: рядом с нами – Бог.

Священник начал мерную молитву,

А мы, столпясь, стояли в стороне.

Мы понимали: он вступает в битву

За душу нашей бабушки.

                                        Во сне

Её лицо как будто просветлело,

Черты страданья сгладились.

                                               Она

Замкнулась в ровном сне, порозовела

Торжественно в блаженстве сна…

…А он – ушёл.

И знáменьем трёхперстным

Он осенил наш дом, её и нас.

В прохожего оделся, но небесным

Молебном душу от мучений спас…

И в доме ангел смерти поселился…

Назавтра пополудни в час ноль шесть

Забрал её…

И долго-долго лился

Свет запредельный, как благая весть.


Игорь  Калугин
1943 - 2005



НА  СМОЛЕНСКОМ

-

Ко́локола звоны – как поклоны

На четыре стороны Руси,

Каркают на кладбище вороны

Жутко так, что, Господи, спаси…

-

Канули, как малых рыбок стаи,

На рассвете звёзды в глубь небес.

Хвоя меж могильными крестами

Двух тропинок выстилает крест.

-

На запруде ряски плат багровый

Ветром порван – дыры не зашьёшь,

Добрая б юродивой обнова,

Да вот как блаженную найдёшь?

-

Говорят, она ходила где-то,

Забрела недавно и сюда, –

И в ледок её босого следа

Вмёрзла рыбкой золотой звезда.

Санкт-Петербург

Валентина  Ефимовская



МОНАСТЫРСКИЙ НАВОЛОК* 

-

Я выхожу к заливу на пустырь,

И, становясь к векам минувшим ближе,

Там, где сегодня рушатся кресты,

Я вижу Кандалакшский монастырь

И колокол, гудящий мерно, слышу.

-

Мне кажется, забыл я что-то здесь.

«Забыл, забыл…» – кивают сосен кроны.

Выходит в кандалах Иван Неронов**,

Двуперстье гордо к небесам воздев.

-

И слово драгоценное звучит,

Такое слово, что послушать впору

Царю в стенах Казанского собора…

Высок страдалец, проигравший в споре.

Звенят, звенят келейные ключи.

-

Приморский край…

Я вижу паруса,

Скользящие над синевой залива.

И бьют зверьё несметное в лесах,

И ловят сёмгу в полноводной Ниве.

-

И высоко, в обитель облаков,

Взлетают плачи Севера России,

И с песнею в певучем клюве Сирин

Летит к истокам Клюевских стихов…

-

Ты не умеешь говорить, пустырь.

Мне незнаком язык листа и ветки,

Я многого о вас не знаю, предки…

Могилы впалые… забытые кресты…

Шуршат обёртки, и гниют объедки.

-

------------------------------

*Монастырский наволок – место городских

массовых гуляний в Кандалакше

(Мурманская область).

-

**Иван Неронов – видный религиозный деятель

17 века, протопоп Казанского собора,

противник реформы Никона, узник

Кандалакшского монастыря (1654 г.)

Мурманск

Николай  Колычев



    * * *

Нам всем конец? Не верю,

Рассеется мираж…

Крадущемуся зверю

Читаю «Отче наш».

-

Пусть я ещё не знаю

Ни правил, ни основ,

Но он-то понимает

Значенье вещих слов.

Ханты-Мансийск

Дмитрий  Мизгулин



Юрьев день

-

Обречённого города пепел кляну и жалею,

Озираюсь и стыну столпом соляным на краю.

Выйди, воин Георгий, на бой против древнего змея

За царевну пленённую – бедную душу мою…

Башкирия

Дарья  Кучинскайте



В Александро-Невской лавре

-

Душа сегодня мечется, болит:

Что делать среди мерзости и срама?

«Быть русским! – говорит митрополит. –

Не отступать от веры и от храма».

-

Мы отошли, мы заблудились, мы,

Безумные, испили чашу яда –

И помрачились многие умы…

К себе самим

Теперь вернуться надо.

Опять народом православным стать.

Господь зовёт уныние отринуть

И о Руси Святой

Возревновать.

Москва

Геннадий  Иванов



Баллада о сорока мучениках

Трагическое событие это

произошло в 1936 году.

Новый всплеск российской драмы.

Дикий клич: – Губи и рушь!

На краю могильной ямы

Застывают сорок душ.

-

На плевки и на ухмылки

Новоявленных жрецов,

Как с иконы, смотрят лики

Сорока святых отцов.

-

И в движениях порывист,

Бойко выступив вперёд,

В куртке кожаной антихрист:

– Отрекайтесь! – им орёт.

-

– Плюй на крест! Коммуну строим!

– Рясы – наземь, и топчи!

А не то – живьём зароем… –

Палачи есть палачи.

-

Вновь врагов народа ищет

Молодой окрепший строй.

Город Ленина. Кладбище.

Церковь Ксении святой.

-

Сколько скорби и печали

На земле Твоей, Творец!

Слово было лишь вначале,

А за ним летел свинец.

Но и дуло револьвера, 

И земли развёрстой вид

Не всегда сильней, чем вера,

Жизнь на этом и стоит.

-

Вот и помнится поныне,

Оттеняя наши дни,

Как, скользя по мокрой глине,

В яму двинулись они.

-

В яму мерзостей и горя

С ясной верою своей.

И земли могильной комья

На живых летят людей.

-

И уже в предсмертной дрожи,

С горькой тяжестью в груди

Всё взывал угодник Божий:

Образумь их, Гос-по-ди!..

-

И, выдёргивая ногу

Из тугих могильных пут,

Всё сказать пытался Богу:

– Что творят – не ве-да-ют…

-

Но и явно видел в муках,

Что, какого ни возьми,

Люди в кожаных тужурках

Перестали быть людьми.

-

Что им крест и что им ризы?

У бугра земли сырой

От всего святого в жизни

Очищался новый строй.

Очищался зло и дико,

Правил свой неверный суд.

Из могилы сорок ликов

Вопрошали тех иуд.

-

Вопрошало их смиренье:

– Где свободы ваши? Где?!

Что за жертвоприношенье

Вашим флагу и звезде?

-

Только грех и только смуты,

Стяг – и тот кроваво-ал… –

И молчали те иуды,

И народный строй молчал.

-

Он взирал на эти страсти,

Оставаясь глух и нем.

Двадцать лет советской власти…

Кто советовался? С кем?

-

Слева домна, справа стройка,

Широки страны шаги.

А врагов народа столько,

Чуть ни весь народ – враги.

-

Люди помнят, мать-держава,

Как, несчастья нам суля,

Две недели всё дышала

На могиле той земля.

-

И казалось всё, казалось,

Что над той землёй живой

Каждым камнем содрогалась

Церковь Ксении святой.

Москва

Игорь  Ляпин
1941 - 2005



    * * *

-

Из поэмы «Детство Матроны»

-

Обычай сельский издревле таков –

Чуть из подростков, замуж иль жениться,

Матрюше все четырнадцать годков,

Ещё дитя – уже отроковица.

Она иконой обновила храм,

Но, с ранних лет воспитанные в Боге,

Крестьяне ходят по монастырям,

Топча лаптями пыльные дороги.

Пещеры, храмы с каменной резьбой,

Где Днепр горит серебряной подковой,

На богомолья возит за собой

Матронушку помещица Янькова.

То древний Мценск, то Сергиев Посад,

Москва в церквях бела и златоткана,

Санкт-Петербург и, наконец, Кронштадт –

Суровая обитель Иоанна.

Вот их в собор Андреевский ведут,

Где на хоругвях Спас шелками вышит,

Россия вся перебывала тут

И проповеди батюшкины слышит.

Он видит всё – куда идёт страна,

Он говорит как прозорливый гений,

Что при дверях лихие времена

Безбожья, смут, разгромов и гонений.

Он говорит и знает наперёд,

Что встанут к битве новые святые:

– Все расступитесь!

                               В помощь вам грядёт

Отроковица – столп осьмой России.

Орёл

Ирина  Семёнова



* * * 

Зачем, зачем неумолимо 
наждачкой опыта и лет 
с вещей стираются незримо 
душа и свет? 

О Господи, пока на свете 
дышу, позволь ещё хоть раз 
увидеть мир как видят дети, 
из детских глаз: 

открыть за каждым поворотом, 
забором, улицей, углом 
вселенную… А ныне что там? 
Ну двор, ну дом… 

Но удивительное детство 
и не вернуть, и не вернут, 
и жизнь теперь не цель, но средство, 
тяжёлый труд. 

Екатеринбург

Александр  Дьячков



Чудо

-

Дремучий лес притих сурово

и слушал, как на грани сил

согбенный старец из Сарова

молитву к Богу возносил.

Себя крестом животворящим

он осенял –

на жизнь и смерть...

И вдруг узрел: из тёмной чащи

к нему направился медведь.

-

Судьбу вручивший воле неба,

без страха старец Серафим

взял из сумы горбушку хлеба

и разделил по-братски с ним.

И разошлись:

медведь в берлогу

закосолапил тяжело.

А старец, выйдя на дорогу,

побрёл с молитвою в село.

-

И дальний путь короче, коли

с идущим Божья благодать.

Вот позади овраг и поле,

и до избы рукой подать.

Вдруг чей-то свист ударил хлёстко.

И было старцу невдомёк,

зачем безвестная повозка

пылит от дома наутёк.

-

Досеменил он до калитки.

На ней висит на бахроме

кручёный пояс от накидки,

что справил он себе к зиме.

И старца крик на повороте

настиг разбойничий возок:

«Вернитесь, татушки, постойте!

Вы обронили поясок!..»

-

Потом вошёл в полумрак кельи,

не возроптав на злых людей.

А там ни плошки, ни постели,

ни ложки с кружкой, ни лаптей...

Но сердце сжалось сладко-сладко,

и Богу он воздал хвалу:

его иконки и лампадка

висят нетронуто в углу.

-

Склонившись перед образами

и поясок держа в горсти,

просил он Бога со слезами:

«Прости им, Господи, прости...»

Всем сердцем, всей душой, до дрожи

молился он на грани сил.

И вдруг увидел:

ангел Божий

его лампаду засветил.

Москва

Михаил  Гусаров
1941 – 2012



 * * *


Стояла перед образом, молчала…
Смотрела в неподкупные глаза...
И лодкой колыхалась у причала
Душа, и воспаряла в небеса.
Шептали губы: «Даждь мне по заслугам
И всё как надо, Боже, обустрой!..»
И грезилось, что я иду за плугом
И зёрнышки бросаю в перегной.
И полюшку тому не видно края…
И зёрнами сума моя полна…
Я грешница, я дочь Его земная,
Я пригодилась в эти времена…

Липецк

Алла  Линёва



В храме

-

Купола ободраны на крыши

Полувека более назад.

И пылает огненный и рыжий

Меж стропил синеющий закат.

-

Но внутри, где пасмурно и тихо,

В ясном блеске острого луча

Всё видны рука Его и Книга

На покрытых гарью кирпичах.

Москва

Геннадий  Фролов



ПРЕД ИВЕРСКОЙ

Пред Иверской стояли мы вдвоём.
Сестра сказала строго: «Видишь, Анна?
На щёчке у Пречистой – видишь – рана?
То варвар лик святой пробил копьём.

И сразу кровь из раны излилась.
И стало страшно варвару и тяжко.
Ведь он считал икону деревяшкой –
Откуда кровь живая здесь взялась?

То было в доме женщины одной.
Она икону тайно укрывала.
Вот варвар вышел. Мрак навис ночной.
И женщина, укрывши покрывалом,

Чудесный образ к морю отнесла.
На волны полные тихонько опустила,
И, поклонившись, берегом пошла.
А Матерь Божия её перекрестила.

Москва

Нина  Орлова-Маркграф



* * *

Свежа осенняя прохлада.

И краски осени свежи!

Но смысл дождя и листопада

В преображении души.

-

Приму я узкую дорогу

И поздней осени порыв,

Что надо подниматься к Богу,

Любовь и дождь соединив,

-

И слышать в невысоком слоге

Иной покой небесных лир,

И видеть, пребывая в Боге,

Себя и весь осенний мир.

Сыктывкар

Андрей  Попов



Вина

-

Мы пришли в этот храм не венчаться,

Мы пришли в этот храм не взрывать,

Мы пришли в этот храм попрощаться,

Мы пришли в этот храм зарыдать.

-

Потускнели скорбящие лики

И уже ни о ком не скорбят.

Отсырели разящие пики

И уже никого не разят.

-

Полон воздух забытой отравы,

Не известной ни миру, ни нам.

Через купол ползучие травы,

Словно слёзы, бегут по стенам.

-

Наплывают бугристым потоком,

Обвиваются выше колен.

Мы забыли о самом высоком

После стольких утрат и измен.

-

Мы забыли, что полон угрозы

Этот мир, как заброшенный храм.

И текут наши детские слёзы,

И взбегает трава по ногам.

-

Да! Текут наши чистые слёзы.

Глухо вторит заброшенный храм.

И взбегают ползучие лозы,

Словно пламя, по нашим ногам.    

Москва

Юрий  Кузнецов
1941 – 2003



На руинах церкви

-

Чертополох, цветущий скупо,

А там, внутри, который год

Сияет сквозь дырявый купол

Другой, по счастью, вечный свод.

И значит так: в грязи и сраме,

Где под ногами сор и склизь,

Ты всё едино в Божьем храме.

Ты не оставлен Им.

Молись!

Москва

Виктор  Кирюшин



Покров

-

Храм Покрова Пресвятой Богородицы

в центре Руси на пригорке стоит.

Грудь разрывается, сердце заходится,

кровь леденит пожигающий стыд.

Сняты кресты, купола поободраны,

стены побиты – дыра на дыре.

Щебень, навоз да беззубые бороны

тленом греховным

смердят в алтаре.

Зраки на фресках простреляны пулями.

Но, сохранявшие Божий Закон,

старцы святые плечами сутулыми

свод подпирают,

и держится он.

-

Держится!..

Стало быть, вера не продана.

Вычистим храм покаянным трудом.

Горькая, вещая, милая Родина,

это ведь ты – на пригорочке том.

Русь православная,

Божья избранница,

с верой не ухнешь ты в дьявольский ров.

Сдюжишь, пока над тобой простирается

Девы Марии

Небесный Покров.

Пусть и по-прежнему с криком неистовым

хищно над Русью кружит вороньё.

Храм Покрова Богородицы выстоял.

Будь же лампадкой в нём, сердце моё...

Москва

Михаил  Гусаров
1941 – 2012



* * *

В нашем храме нет даже купола,

И киотов нет позолоченных.

Все иконочки в лавке куплены

И гвоздями к стене приколочены.

-

И сквозняк, прихожанин непрошенный,

И частенько фальшивят певчие.

Но Пречистая, вся продрогшая,

Греет ручки Свои над печкою.

Санкт-Петербург

Сергей  Поликарпов
1947–2014



  * * *

Закатилось за осинник лето,

Почернело речки серебро,

Где, лучась, как звонкая монета,

Солнце становилось на ребро.

-

А теперь оно не ярко светит.

Свечечкой рассеивает мрак.

И печально богомолка крестит

Солнышка копеечный кругляк.

-

Жители села и горожане,

Этот мир принадлежит не нам.

Все мы в этой жизни прихожане

И зашли случайно в Божий храм.

г. Новокуйбышевск
Самарская область

Евгений  Семичев



Свечи

-

Проходим, каблуками не стуча.

А сельский храм без свечек невозможен.

А в сельском храме

Каждая свеча –

Она чуть-чуть на ангела похожа.

-

Их чистоту не разумеет мозг.

Но сердце зрит и тает понемножку.

И падает

С незримых крыльев воск

В заботливо подставленную плошку.

Тольятти

Евгений  Чепурных



Родительская суббота

-

Помяни,

Поставь свечу – и этот

Огонёк перенесётся вмиг

В те края,

Где мать твоя с рассвета

Ожидает

Знак твой, этот блик…

-

Я не объясню такое чудо,

Только знаю:

Матушка глядит –

Не летит ли огонёк отсюда?

Что же он

Так долго не летит?..

Москва

Геннадий  Иванов



* * * 

Вырвусь я в своем пророчестве

из тоски лихих годин.

Даже в полном одиночестве

я на свете не один.

-

Пусть душа, ни с чьей не схожая,

словно комната пуста,

предо мною – Матерь Божия

и спокойный лик Христа.

-

Лампа ночью долго светится

над застывшею строкой.

Есть мне с кем глазами встретиться

и к кому прильнуть душой…

Москва

Валерий  Хатюшин



Страстная Пятница

-

Если веру и крепость утрачу,

Если света не станет в лице,

Я войду в Божий храм и заплачу

Перед Ликом в терновом венце.

К этой муке приблизиться трудно.

Час шестой. Надвигается тьма.

Тихо в церкви и немноголюдно,

Как тогда, у подножья холма.

Отче наш, разделю Твоё бремя,

Униженье, страданье и страх.

Смерти нет, только смертное время

Перед вечностью падает в прах.

Дай мне, Господи, веру и слово,

Утешение в тяжкие дни

И меня, как разбойника злого,

В светлом Царстве Твоём помяни.

Ростовская область

Виктория  Можаева



Лампада

-

Жизнь прожита. Лампада догорает.

И поздно уж елея наливать.

А свет смиренный напечатлевает

Скудеющую на чело печать.

-

В потёмках мира мало чем отличен

От темноты я. Но негромкий свет

Ещё горит, среди живых привычен,

И где меня уже почти что нет.

-

Но страшно думать, что за кругом здешним

Не жгу лампады перед Божеством.

И с каждым днём видением кромешным

Всё чётче я рисуюсь в мире том.

-

В последний раз я жгу свою лампаду

Под этим небом, где меня уж нет.

И лестницу дрожащую – ко Граду

Лампады бедной простирает свет.

Минск

Михаил  Шелехов



    * * *

Храм белел сквозь чёрные деревья,
И хрустел вечерний тёмный снег.
Улетело солнечное время,
И умолк короткий летний смех.

Лето, лето! Молодость и сила.
И слеза живицы на сосне.
Слава Богу, – всё когда-то было
И осталось памятью во мне.

Долго ли продлится эта память,
Эта тень деревьев на снегу?
Многое могу переупрямить.
Только время… Время – не могу!

И когда меня осилит время
И душа отправится в полёт,
Пусть белеет храм среди деревьев
И далекий колокол поёт.

Москва

Анатолий  Жигулин
1930 – 2000



    * * *

В лесу прохладном цветёт кислица

и слышится песнь дрозда.

Душа проводит два дня как птица,

ища для себя гнезда.

-

Душа не может в озёрной глади

увидеть своё лицо –

иконой неба в цветном окладе

становится озерцо. 

-

Земля покрыла сухое тело,

на землю легла сирень…

Какую песню неслышно пела

душа моя в третий день?

-

Да, ей, бездомной, уже не надо

Цветную листать Триодь –

селенья рая и пропасть ада

покажет душе Господь.

-

И будет ветка стекло царапать

и солнце сиять, как медь,

и будут слёзы неслышно капать,

а сердце – страдать и петь.

г. Саратов

Светлана  Кекова



Монастырское рождество

-

                     Марине Нестеровой

-

Под Рождество,

Когда горит румянец

И весело поскрипывает снег,

В тишайший город Малоярославец

Мятущийся приехал человек,

И оттепель сменилась хрустом наста...

Когда сгустилась неба синева,

В молитве Симеона Метафраста

Я прочитал спокойные слова:

-

«Бог кающихся,

Будь вовек хвалимым,

И согрешающих – прославлен Спас».

А колокол уже звонил к молитвам,

И блики отразил иконостас:

От праздничных свечей,

От светлых взглядов,

Рождественских псалмов, бросавших в жар.

И не было ни пестроты нарядов,

Ни племенных отличий прихожан –

-

Всё меркло

Пред звездою Вифлеемской,

Что над равниной русскою дрожит,

Где монастырь

Черноостровский женский,

Как остров очищения, лежит.

Москва

Александр  Бобров



ВЕЛИКОРЕЦКИЙ  КРЕСТНЫЙ  ХОД

-

Зачем иду я, просветлённый,

Среди большой толпы людской

И за крестом, и за иконой –

С любовью, верой и тоской?

-

Зачем я вглядываюсь в лица,

Как будто я хочу узнать

Родного брата, иль сестрицу,

Иль похороненную мать?

-

Зачем я слушаю молитвы

И подпевать стараюсь им?

И чувствую, что все мы слитны

Единым сердцем – вместе с Ним...

-

А ночью лес в цветущих купах

На откуп отдан соловьям.

И голубой июня купол

Объял природы светлый храм.

-

И пусть заброшенный просёлок

Таит церквей немую сень,

Полуразрушенные сёла

И боль забытых деревень.

-

Смотри на крест, шагай за другом,

Среди людей своих дыша,

Преображается округа,

И возрождается душа!

-

И вечно будет жить Россия,

Пока с крестом, из года в год,

Идёт, идёт в места святые

Великорецкий крестный ход!

Пермь

Анатолий  Гребнев



Оптина пустынь

-

Отрывок

7

Мир даётся правдой, а не силой,

Я в руках пересыпаю прах…

Как же долго, Господи помилуй,

Довелось нам мыкаться впотьмах.

-

Кто же, кто же,

кто тут победитель?!

Смерть пророчат нам, а я смеюсь –

Возроди хотя б одну обитель,

Встанет из руин – святая Русь!

-

Родина, из пустоты, из праха

Воскресая в правде и в любви,

Ты рукою кроткого монаха

В трудный путь меня благослови!

-

Знаю я, прощаться будет туго,

Каждого с поклоном обниму,

Что же делать – выйду я из круга

И шагну во внешнюю, во тьму.

-

Визг кругом, бушует жизнь,

как море,

Взбаламучен человечий век.

Помолись о мне, отец Григорий!

Помолись, отец Мельхиседек!

8

Мы терпели гибель не случайно,

Испытанья не даются зря –

В муках зреет радостная тайна,

Чтобы в мир ворваться, как заря.

-

Не один святой из дали древней

Видел и пророчил наперёд:

-

«В неурочный час,

Пройдя страданья,

Русь святая – Пасху запоёт!»

Москва

Владислав  Артёмов



Оптинская

-

        Симоне Ионин, любиши ли Мене,

        паче сих? Ей, Господи, Ты вся веси,

        Ты веси, яко люблю Тя.

                                              Ин. 15,17

-

Пожелать Тебя одного,

Возлюбить Тебя паче сих,

«Дню довольно беды его,

Не заботься о днях других, –

-

Ты сказал. – Оставляя страх,

Воротись и иди за Мной»,

Но люблю эту персть и прах,

Эту немощь земли родной.

-

За протяжный зелёный взгляд

Быстротечной её весны,

За сиротский моленный плат

Оскуделой моей страны.

-

За её осьмигранный крест,

Что цветёт в вековой пыли,

В самых недрах родимых мест,

В сердцевине моей Земли.

-

Пожелать Тебя одного,

Возлюбить Тебя паче сих,

«Дню довольно беды его,

Не заботься о днях других…»

-

Но куда мне её девать,

Наши жизни переплетя,

Как мою немощную мать,

Как больное моё дитя?!

-

Рати праведных несть числа

В предстоянье её святынь,

Кровь живая травой взошла,

Прозвенев небесам: «Аминь!»

-

Так оставь же мне благодать

Плотью рода в неё врасти,

О Земле моей вопиять,

Вместе с нею к Тебе войти.

г. Киров

Людмила  Кононова



Благовещение

-

По полу и оконным сводам

Стекало солнце жёлтым мёдом

И пряталось в щелях.

А Ты сидела, Ты молчала,

Ты ничего не ожидала.

Вдруг крыльев взмах!

И небо проломило стены,

Втекая облачною пеной

К Твоим ногам.

Казалось, сотканный из молний,

Архангел, тихий и спокойный,

Дарил словам

Доселе смысл неизвестный,

Что мир земной и мир небесный

В Тебе соединён,

Что между жёнами земными

Благословенна Ты отныне

И до конца времён,

То, что хранит Твоя утроба

Того, Кто в третий день из гроба

Восстанет вновь,

Того, Кто выведет из ада

Людей, и станет им наградой

Его любовь.

И счастье вздрогнуло, как птица,

И, задохнувшись на ресницах,

Оборвалось.

Но стало больше, радость множа,

Дрожало глубоко под кожей,

Пронзив насквозь.

Не находились для ответа

В потоках святости и света

Достойные слова.

И содрогнулась преисподня,

Услышав: «Я раба Господня.

Во всём покорная раба».


Наталья  Пискунова



БЛАГОВЕЩЕНИЕ

-

Блаженным языком, душой свободной,

Не зная окружающую тьму,

Она сказала: «Се раба Господня:

Да будет Мне по слову Твоему».

-

Возрадуемся, братия; как можем,

Спасения начало воспоём.

Согласьем Девы, милостию Божьей

Обручено творение с Творцом.

Москва

Алексей  Клоков



БЛАГОВЕЩЕНЬЕ 

-

Залежалого снега шуршанье.

Перекрёсток веков и суде́б.

В молчаливых глазах ожиданье:

Минет ночь? 

                    Будет день? 

                                       Будет хлеб? 

-

Всё мерещится: поле, колосья

Головою склонились к земле.

Но скрипят, примерзая, полозья

К ледяной поутру колее. 

-

Кружит ветер позёмки половой.

Разгорается звёздный пожар.

Над дорогами – сумрак лиловый

И дыханья морозного пар. 

-

Будет день Благовещенья, сполох

Колокольный в безгласной ночи.

И взорвутся сугробы, как порох.

И взовьются, как сажа, грачи. 

-

И Великую истину снова

Приоткроет небесный чертог:

Будет свято Архангела слово.

Будет день! 

                   Будет хлеб! 

                                       Будет Бог!

Москва

Андрей  Шацков



Рождество

-

Вдали от призрачной столицы,

От городов в цепях огней,

В глуши так хочется молиться

О бедной Родине моей.

-

Там, защищённая лесами,

В степи сокрыта неспроста,

Лучится Русь пред образами

Теплом и светом Рождества

-

Ты честен – но она честнее,

Ты беден – но она бедней,

И бедность та пребудет с нею,

Как бедность неба и полей.

-

Там в глубине сокрыто свято

Прозренье Божие миров,

Там бедность издавна богата

Пастушьей щедростью даров.

-

Любовь избавит нас от мрака,

В глазах исчезнет вечный страх,

Младенчества вселенский запах

Витает в стареньких яслях.

-

О, Русь! таи свой вздох болезный,

Христа рождённого восславь!

От бездуховности, от бездны,

От ненасытности избавь!

г. Волгоград

Елизавета  Иванникова



Крещение

-

Мы с вечера мелом везде рисовали кресты –

На двери, на старых наличниках,

На потолке и на дверце чугунной

Натопленной к ночи голландки.

И мать, уложив нас пораньше,

Ладонью прикрывши,

Тушила висячую лампу.

А утром, чуть свет,

Будила, и мы просыпались с трудом.

На чистом, скоблёном полу

На двух табуретках стояло корыто,

И мать нас купала –

От сглазу, напастей и всяких болезней.

Потом мы опять засыпали,

И нам засыпалось легко!

И мать уходила на кухню,

Готовила праздничный завтрак.

А на улице жёсткий мороз

Вымораживал всё!

Но мы знвли,

Что повсюду: в колодцах,

В реке подо льдом,

И в ведре,

Что покрылось ледовою коркою за ночь,

В умывальнике, в том роднике,

Что живёт глубоко под землёю, –

Вся вода – и чиста, и вкусна, и прозрачна.

Святая вода!

г. Лобня
Московская область

Нина  Стручкова



СКАЗ О КРЕЩЕНИИ 

-

От дневного и ночного страха,

Боже, в этот вечер упаси…

Береги с младенчества рубаху,

В коей ты крещался на Руси. 

-

Караулит храмы строгий ельник.

Перемёты снега вдоль дорог.

Ты мне в этот сказочный сочельник

Подари «крещенский вечерок». 

-

Говори приветливые речи.

На полоке разбери постель…

Темнота. Во тьме пылают свечи

И гудит крещенская метель. 

-

Кислою капустой и грибами

Пахнет так, что напрочь выноси…

Отразились звёзды в Иордане,

Отразились в Истре, на Руси. 

-

И грядёт нечаянная встреча.

Крестный ход застынет у ворот:

Уж не сам ли Иоанн Предтеча

В валенках по улице идёт? 

-

И, ворон не устрашившись стаи,

На крыло опёршись, не спеша,

Кроткий голубь к проруби слетает.

Чтоб бессмертной сделалась душа! 

-

И бредя в крещенском снеговее,

Только скажешь: «Господи, спаси.

Хорошо живётся в Галилее.

Широко живётся на Руси!»

Москва

Андрей  Шацков



     * * *

Еда проста, вода чиста,

Как слово Бога –

Во дни поста, во дни Христа

Не надо много.

-

Душа, молитвами дыша,

Сыта и рада.

Нет за душою ни гроша.

Ей и не надо.

-

Даётся редко благодать –

Лишь терпеливым.

Поверить, и любить, и ждать,

И быть счастливым.

Мурманск

Василий  Рябков



ТИШИНА

Кате

Сядь со мною рядом, посиди,

Расчеши мне волосы седые.

Ты сама, родная, посуди:

Сердце надрывается в груди – 

Мы теперь уже не молодые.

Осень к нам подкралась невзначай.

Только ты её не замечай. 

-

К утрене звонят колокола:

Голосистый – давний наш приятель!

Так отложим все свои дела,

Поле перейдём мы до села – 

В Братовщине служит настоятель:

Ликом кроток и голубоглаз,

Он, наверно, молится о нас. 

-

Встанем мы на исповедь к нему.

Может быть, и мне грехи простятся:

Тяжесть я с груди своей сниму,

Лишь тогда глаза и подниму…

Спросит он: «А дети как – постятся?»

И проводит нас коротким взглядом.

И пойдём к причастию мы рядом.

Москва

Борис  Споров



ПОСЛЕДНЯЯ ПАСХА

-

Спускались они с Елеонской горы.

Встречал их народ, покидая дворы.

Встречали их визги и смех детворы.

Он ехал на ослике в чьей-то одежде.

Но даже и в ней узнавали Христа.

И кланялись люди Ему неспроста,

Особо радушные после поста.

Всё было не так. И всё было, как прежде.

Один только Он понимал – почему.

И люди дарили одежды Ему.

«Учитель, мы верим Тебе одному».

И ветки бросали они на дорогу.

Хотелось им слова Его и чудес,

Хотелось, чтоб Он не погиб, не исчез.

И вдруг Он почувствовал близость небес,

Доступную лишь милосердному Богу.

Чертили орланы над ними круги.

А люди просили Его: «Помоги!»

И были они фарисеям враги.

Тогда фарисеи Ему и сказали:

«Откуда Ты взял Своих учеников?

Народ они мутят. Народ бестолков.

Вели же молчать им во веки веков.

Не жди, Иисус, чтоб и их наказали».

И так Он ответил: «Нельзя им молчать.

Нельзя наложить на уста их печать.

Нельзя, говорю вам. Иначе кричать

Начнут даже эти холодные камни.

Не требуйте. Я говорю вам: нельзя.

Живёте вы в страхе, друг друга грызя.

И знают Мои, а не ваши друзья:

Открыты Мне души, открыты века Мне».

А ветер пасхальный свежей и свежей.

И вступит Он в храм. И прогонит взашей

Оттуда менял, ловкачей, торгашей

И даст голубям наконец-то свободу.

И будет улыбка Иуды хитра.

И что-то прочтёт Он во взгляде Петра.

…Но как же смеялась, визжа, детвора…

И грустно поднимет глаза к небосводу.

Москва

Владимир  Мощенко



ВЕЛИКИЙ ПЯТОК

-

Воробышкам зёрнышек бросив,

«Снимаем?» – спросил Никодим.

И, перекрестившись, Иосиф

К распятью поднялся за ним.

-

«Ты знаешь, за что нам молиться?»

«Да что ж я глупее камней?»

Великий Пяток. Плащаница.

И тело Спасителя в ней.

-

То были не лица, а лики.

Солдаты забыли латынь.

Засохла на кончике пики

Кровь нашего Бога. Аминь.

Москва

Владимир  Мощенко



ВОСКРЕСЕНЬЕ

ВЕРБНОЕ

-

Воскресенье Вербное.

Снег сошёл с могил.

Знаю слово верное

И не разлюбил.

-

Головокружение.

Потеплело вдруг.

Храм Преображения.

Венчики вокруг.

-

Дело перед Пасхою.

Там – отец. Там – брат.

Пахнет свежей краскою

Множество оград.

-

Чья-то жизнь короткая

Обожжёт огнём.

Вот и стопка с водкою

И стакан с вином.

-

На скамье истерзанной –

Свежий огурец,

Чёрный хлеб нарезанный,

Солнце и скворец.

Москва

Владимир  Мощенко



Пасха

-

Сердце с бедами свыкается…

Но когда ускачет бес,

К нам на крыльях опускается

Пасха яркая с небес.

-

Пасха русская, старинная,

С пестротой и толчеёй,

Неподдельная, былинная –

Та, что празднуем семьёй.

-

Рано утром разговеемся

По укладу стариков,

И любить и жить надеемся

Ещё тысячу веков.

-

Соберёмся, не рассоримся.

Есть надежда – будем жить.

И за сокола поборемся,

Полно ворону кружить!

-

Пахнет терпкая акация,

Звон плывёт в родном краю…

Возвращайся, празднуй, нация,

Пасху русскую свою!

Иркутск

Владимир  Скиф



* * *

Уже пора за стол садиться,

пустые рюмки ставить в ряд…

Мы так же хлеб едим, как  птицы

клюют созревший виноград.

-

Берёза ветку завитую

опустит вдруг на тротуар…

Мы так же воду пьём святую,

как пчёлы в поле пьют нектар.

-

Вдруг загудит над этим полем

грозы могучий контрабас…

Мы так детей своих неволим,

как ангелы целуют нас.

-

Но как, скажи, нам научиться

на перекрёстке двух дорог

так полюбить цветок и птицу,

как человека любит Бог?

г. Саратов

Светлана  Кекова



* * *   

Зачем чужим идти путём,

Чужою мерить мерой?..

Для нас – с молитвой и постом –

Владимир выбрал веру.

Да вот случилась недолга –

Сменила Русь дорогу!

Теперь – ни бесу кочерга,

Да и ни свечка Богу.

Но, сидя нищенкой в золе

Всемирной распродажи,

Она последней на земле

Святое слово скажет.

Тосно
Ленинградская область

Татьяна  Шорохова



Пасха 

-

...И опять налетели, Россию на части кромсая.

И, натешившись вволю, гадают: умрёт – не умрёт?

А народ уже тысячу лет по весне воскресает.

Как бессмертен Господь, так бессмертен казнимый народ!

-

Оправдали всемирный обман и воспели жестокость.

Но никто не отменит весны, не затмит небеса.

И душа потянулась к незыблемой сути истоков,

И в бреду перемен неизменного ищут глаза.

-

И в безродье племён пробуждается семя былого,

Просыпается совесть, и в колокол память звонит,

И звучит в православных церквях сбережённое Слово,

Разливаясь пасхальной надеждой: спасёт! сохранит!

-

Шелухою от лука, как издревле, крашены яйца.

Сладкий хлеб и кутья на столах – как столетья назад.

Изменяется мир. Но народу нельзя изменяться.

Проклянут нас потомки. И предки за то не простят.

-

Здравствуй, сладкая Пасха – веселье разливов весенних!

Здравствуй, радостный свет – половодье растаявшей тьмы!

Мы воскреснем! Сегодня – не верить нельзя в Воскресение,

Потому что едины и Бог, и природа, и мы.

-

Слышу мысли грядущей листвы на певучих деревьях,

Слышу вечную песню земли, что споют зеленя...

Так ликуй и целуйся,  народ, в городах и деревнях!

Мы воскреснем, воскреснем!.