Советуем прочитать  
«В пятидесятых рождены…»
Николай ДМИТРИЕВ
08.05.2018
* * *

В пятидесятых рождены,
Войны не знали мы, и всё же
Я понимаю: все мы тоже
Вернувшиеся с той войны.

Летела пуля, знала дело,
Летела тридцать лет назад
Вот в этот день, вот в это тело,
Вот в это солнце, в этот сад.

С отцом я вместе выполз, выжил,
А то в каких бы жил мирах,
Когда бы снайпер батьку выждал
В чехословацких клеверах?

Московская область
КОЛЬЦО
Виктор ДРОННИКОВ
08.05.2018
КОЛЬЦО

Сыновним чувством схваченный в кольцо,
Смотрю, как дождик трудится над пашней.
Какое было у отца лицо
В атаке той последней рукопашной?

Накатывалась едкая слеза
От близкого слепящего разрыва.
Какие были у отца глаза,
Когда залёг весь батальон прорыва?

Какою мыслью был он напряжён,
Минуя поле минное вслепую,
Когда взяла убийственный разгон
Ему навстречу снайперская пуля?

Быть может, смерть заметила его
В бинокли с наблюдательного верха?
Я знаю всё о штурме Кенигсберга,
Я об отце не знаю ничего.

Орёл
НА ВЕЛИКОЙ ВОЙНЕ
Виктор ВЕРСТАКОВ
08.05.2018
НА ВЕЛИКОЙ ВОЙНЕ
 
Спаси, Господь, от зимней стужи,
ночёвок на снегу,
заиндевевшего оружия
и маршей сквозь пургу.
 
Броня в морозы не спасала:
так холодна была,
что кожу с пальцев отрывала,
насквозь ладони жгла.
 
Отец рассказывал, что ночью
они из танка – прочь,
солярку заливали в бочку
и жались к ней всю ночь.
 
Или под днище танка лезли
и возле костерка
дымились в копоти железной,
не рассветёт пока.
 
А рассветёт – тогда в атаку,
Сминая всё подряд.
В бою согреются, однако.
Или совсем сгорят.

Москва
ДЕНЬ ПОБЕДЫ
Александр ЩЕРБАКОВ
08.05.2018
ДЕНЬ ПОБЕДЫ

Я этот день подробно помню.
Я не знавал краснее дней.
Горели яркие попоны
На спинах праздничных коней.
Гармошки ухали басисто,
И ликовали голоса
Людские. Ветром норовистым
Их выносило за леса.
Качались шторы из бумаги
У нас в избе. Качался дым.
И в кадке ковш на пенной браге
Качался селезнем седым.
В тот день гудела вся округа.
Под сапогами грохал гром,
И пол поскрипывал упруго, 
И сотрясался старый дом.
В заслонку ложкой била шало
Варвара – конюха жена.
Мелькали юбки, полушалки,
Стаканы, лица, ордена.
А в стороне на лавке чинно
Курили едкий самосад
Деды и средних лет мужчины
Из тех, кому уж не плясать.
Тот с костылями, тот с протезом
Или с обвислым рукавом.
Их речь размеренно и трезво
Велась в масштабе мировом.
С печи, где валенки сушили,
Украдкой жадно слушал я,
Как вражью силу сокрушили
Соседи, братья и дядья.
И мне казалось, что я знаю
Свою и всех людей судьбу
И что проходит ось земная
Через отцовскую избу.

Красноярск
НЕИЗВЕСТНАЯ МОГИЛА
Георгий РЯБЧЕНКО
08.05.2018
НЕИЗВЕСТНАЯ МОГИЛА

1

Закрою глаза я 
                         и вижу:
В осеннем смоленском лесу,
Булгача болотную жижу,
Бойцы командира несут.
По следу – овчарки.
Как волки
За раненым лосем вдогон.
Прощальным десантом иголки
Садятся на след от погон.
Лай злобный – всё ближе, 
                                       всё ближе.
А сколько их, вёрст, впереди?
Свинец – всё прицельней, 
                                       всё ниже.
И твёрдо сказал командир:
– Постойте, ребята. 
                             Так надо.
Чтоб выполнить взводу приказ,
Необходима засада.
Мой час…
Молчит полковая разведка.
Всё каждому ясно без слов.
Лишь щёлкают пули по веткам
Поверх непокрытых голов.
Оставлена фляга с водою,
Последний – в запас – «магазин».
Под одинокой седою
Сосною – в засаде один.

2

В глухой смоленской стороне
Его распяли на сосне,
Хотя Христом он не был.
Он был отцом детей своих
И в муках умирал за них
Под русским небом.

3

В лесной смоленской стороне
Не отыскать могилы мне:
Приметы шатки.
Распятый на сосне боец –
Пропавший без вести отец.
Снимите шапки!..

Бийск
«На шляпке гильзу вынес рыжик…»
Николай ЗИНОВЬЕВ
08.05.2018
* * *

На шляпке гильзу вынес рыжик
Из-под земли... Здесь окружён
Был взвод стрелковый из мальчишек,
Не знавших ни невест, ни жён.

Недолго длилось тут сраженье,
И за неполных полчаса
Взвод вырвался из окруженья
С клубами дыма в небеса.

...И стоит лишь поднять глаза –
Всегда здесь облако витает,
И на рассвете выпадает
Особо чистая роса.

Краснодарский край
ОТ ЛЮБАНИ ДО МГИ
Николай РАЧКОВ
08.05.2018
ОТ ЛЮБАНИ ДО МГИ

От Любани до Мги всё леса да болота
И суровый, до блеска стальной небосвод.
От Любани до Мги погибала пехота,
Понимая, что помощь уже не придёт.

«Где шестой батальон?.. Где четвёртая рота?..»
За спиной – Ленинград. Невозможен отход.
«Только насмерть стоять! Только насмерть, пехота!..»
И стоит. И уже с рубежа не сойдёт.

Гимнастерка намокла от крови и пота,
Израсходован в схватке последний патрон.
Но стоять, лейтенант! Не сдаваться, пехота!
Ты не станешь, не станешь добычей ворон.

Кто-то тонет, не сбросив с плеча пулемёта,
Кто-то лёгкие выхаркнул с тиной гнилой.
Вот она, сорок первого года пехота
Меж Любанью и Мгой, меж Любанью и Мгой.

В День Победы ты тихо пойди за ворота,
Ты услышь, как вдали раздаются шаги.
Это без вести павшая наша пехота –
От Любани до Мги, от Любани до Мги…

г. Тосно
Ленинградская область
ПЕХОТА
Михаил СОПИН
08.05.2018
ПЕХОТА 

…За сто шагов до поворота, 
Где Ворскла делает дугу, 
Далёкой осенью 
Пехота 
С землёй
Смешалась на бегу. 
И стала тихой и свободной, 
Уйдя в прилужья и поля 
Сырой земли 
С преградой водной 
У деревеньки Тополя. 
Подбило память серой льдиной: 
Я не хозяин здесь, не гость. 
За всё-про всё – 
Надел родимой, 
Земли моей 
Досталась горсть.

Вологда
МОРСКАЯ ПЕХОТА
Владимир КОСТРОВ
08.05.2018
МОРСКАЯ ПЕХОТА

Полей военных королева
подмоги просит у морей!
Пехота, чёрная от гнева,
с железных сходит кораблей.
Земля дрожит в снарядных гулах,
надрывно воют провода,
на бронзовых сведённых скулах
блестит солёная вода.
Под бескозыркой и фуражкой
идёт сражаться до конца,
и синей полосой тельняшки
перечеркнуло все сердца.
Идёт волною океанной
с гранатой в бешеной руке
и с русской злобой окаянной,
остекленённой на штыке.
Их бриз последний обвевает,
им вслед буксир басит: «Сынки!»
Прибой чечётку отбивает,
кричат «полундра!» маяки.
Пехота страшная,
морская,
пойдёт с рассвета, не щадя,
как наша ненависть мужская,
«За Родину!» и «За вождя!».
Сверкают бляхи с якорями,
и ветер чёрный клёш сечёт,
с эсэсовцами,
с егерями
сводя неотвратимый счёт.
Немногие дойдут до моря,
до городов на берегу,
но многие, как наше горе,
чернеть останутся в снегу.
Таких  от края и до края
оплачет штормом навсегда
морей дремучая,
седая
вечнозелёная вода.

Москва
«У отца моего не было ни орденов, ни медалей…»
Геннадий РУСАКОВ
08.05.2018
* * *

У отца моего не было ни орденов, ни медалей,
потому что его убили
в самом первом бою:
где-то под Ленинградом,
где автоматчиков на прорыв кидали –
добровольцев, партийцев, детскую гордость мою.
Пусть я буду у времени как незажившая рана:
снова папа мне снится, о чём-то со мной говорит.
Он приходит ко мне,
как когда-то Чапаев с экрана:
перехват портупеи и орден упрямо горит.
Как ни силюсь, я слов его не разбираю:
– Папа, громче, не слышу! –
И не прочесть по губам…
– Папа, я уже старый, уже по зерну добираю! –
Нет, не понял, уходит к себе по гробам.
Ах, какие мы видели времена и событья!
Как себя раздирали, костями мостили мосты!
(Вот когда научился с голодными суками выть я…
Оттого они выли, что кости у нищих пусты.)
Всё со мной можно сделать:
я слабый и плачу от боли.
Я убью ради хлеба и ближнего оклевещу.
Но я всё же
тот воин, который – один в своём поле.
Я умру, но на поле
к себе никого не пущу.
– Папа, я о тебе ничего, кроме снимков, не знаю.
Я не помню ни речи, ни воздуха, жившего в ней.
Только общая кровь –
это общая память сквозная.
То, что ты мне оставил,
любых фотографий нужней:
делать в жизни простое, мужицкое, честное дело,
умирать, если надо,
свой кров заслоняя спиной,
потому что, когда у солдата осталось лишь тело,
телом он закрывает
всё то, что зовётся страной.
Папа, больше не надо ко мне прорываться ночами.
Я у зеркала встану – и сразу тебя узнаю.
Я ведь всех вас увижу (мне скоро на выход с вещами) –
добровольцев, партийцев, детскую гордость мою.

Москва
САЖЕНЦЫ
Станислав МИНАКОВ
08.05.2018
САЖЕНЦЫ

Стихотворение из цикла
«Война. Фрагменты общей памяти»

Матвей…
Степан…
Игнат…
Серафим…
Когда ей
принесли четвёртую похоронку,
она сидела в хате,
положив руки на чёрную столешницу,
и Таньке-почтальонке,
жалобно позвавшей из сенцев:
«Тётка Прасковья,
тётка Прасковья…» –
выдохнула в ответ
глухо и непонятно:
«Колышков,
колышков-то хватит?»
А потом
осторожно, как младенцев,
носила в огород из сарая
охапки
берёзовых саженцев,
расправляла в лунках
подрагивающие корневища,
и,
засыпав их,
вгоняла обухом топора
рядом с каждым саженцем
сосновый колышек,
и белой льняной полоской
связывала две тонкие вертикали –
живую и неживую.
А после,
закончив всё это,
направилась было в хату,
да вдруг охнула,
привалилась к стене
и,
выгибаясь всем телом,
неловко запрокинув голову,
немым криком
стала оползать вниз,
заталкивая в рот
конец платка
и сдирая спиной
облупившуюся штукатурку…

Харьков – Белгород
СОН
Виктор ПАХОМОВ
08.05.2018
СОН

Дымятся трубы. Крематорий. 
Освенцим. Я, уже развеян, 
Лечу на Родину, которой 
Я и такой, сожжённый, верен.

Граница. Родина. Смоленщина. 
Ветряк. Речушка. Перевоз. 
Седая сгорбленная женщина, 
Полуослепшая от слёз.

Её морщины словно шрамы. 
Глаза с извечною мольбой. 
Кричу, кричу ей: «Здравствуй, мама! 
Я снова дома, я с тобой.

Вновь буду жить под отчей крышей 
И никуда не пропадать…» 
А мать меня совсем не слышит, 
Меня не замечает мать.

Стоит, качается былинкой, 
Концы платка прижав к плечу, 
А я над нею пепелинкой 
Летаю и кричу, кричу…

Тула
ТРИ СЫНА
Вера КУЗЬМИНА
08.05.2018
ТРИ СЫНА

Лебеда и полынь на обочине,
Лес берёзовый, спелая рожь.
Здесь когда-то кукушка пророчила:
Ты, мальчонка, до ста доживёшь.
Деревянные стены с полатями,
Лай кудлатых ленивых собак.
Жили-были три сына у матери:
Двое умных, а третий дурак.

«Здравствуй, мама. Как Лёша и Гришенька? Новый фельдшер-то Гришу смотрел?
Так охота домашней яишенки и картошки, печёной в костре.
Не прокормишь ты борова Борьку-то, пусть зарежет кривой Каленчук.
Тут река на границе –  не бойкая, называется Западный Буг,
Ходим берегом, окуни плещутся, часто слышим нерусскую речь.
Перемёт бы... хотя бы подлещика, да границу-то надо стеречь.
Через месяц прощаюсь с ребятами, и домой, в наш любимый Рассвет.
Мама, Нину Орлову просватали? Ты скажи: от Сергея привет.
Посылаю вам ящик с консервами, пусть Гришуха сгущёнки поест».

Ниже дата. Июнь. Двадцать первое.
А на штемпеле значится: Брест.

«Здравствуй, мама. Спасибо за варежки. Март на Висле – ещё не весна.
Плохо – в бане никак не попаришься, вот вернусь, истоплю докрасна.
А фашистская гнида измучена, гоним гансов, им скоро конец.
Как Гришуха-то? Часто падучая? Всё играет в лошадки, стервец?
Сорок лет дурачине упрямому, как скажу, так не верит никто.
Из Берлина, маманя, из самого привезу патефон и пальто.
Смерть безглаза, для всех одинакова, нынче видел убитых лосей.
Не простынь, без платка не выскакивай. Обнимаю. Твой сын Алексей».

Мужики – не бумажки казённые
Жили-были, да Бог не сберёг.
За иконами – две похоронные
И свидетельства жёлтый листок.
Эпилепсия... Буковки бурые.
Помнишь, сына несла в подоле?
Хорошо дураками и дурами
Век прожить на российской земле.

Заполняет ивняк и черёмуха
Берега неглубокой реки.
Еле слышно, незримо, без промаха
Над кустами летят шепотки:
Кудри чёрные. Бати. Серёгины.
Брови Нины Орловой – углом...»
Лист черёмухи за руку трогает:
«Я родился бы в сорок втором».
«Мой отец – Алексей из Рассветовки, –
Шепчет лесу дорожная грязь.
Не зовёт, не рыдает, не сетует:
«Я бы в сорок седьмом родилась.
С дядей Гришей играли бы в рыцари,
Он бы нас на загривке катал...»

Три бумажки казённые выцвели.
Кроме них – ничего. Пустота.
Три казённых бумажки с печатями:
Всё не то, не о том и не так.

...Жили-были три сына у матери:
Двое умных, а третий дурак.

г. Каменск-Уральский 
КАПИТАН
Николай РАЧКОВ
08.05.2018
КАПИТАН

Я не помню войны. 
                            Только еле
Помню, как от осколочных ран
У соседки, на белой постели,
Не хотел умирать капитан.
В окна зеленью липы стучали.
По селу проходили полки.
Мужики и солдаты молчали,
Бабы лица роняли в платки.
Молодой, а чего не изведал!
Пробивался сквозь тыщи боёв.
Это ж надо: дожить до победы –
И в лицо не увидеть её…
Он шептал: «Подождите, я встану…» – 
И бессильно упала рука.

…Ах, как пели потом капитану
Трубы полка…
Я стоял у распахнутой двери.
В горле комом нетающий лёд.
До последней минуты я верил,
Что такой капитан не умрёт.

г. Тосно
Ленинградская область
«В парадных военных расчётах…»
Евгений СЕМИЧЕВ
07.05.2018
* * *

В парадных военных расчётах
Великая слава течёт.
В расчёт не берут желторотых.
Их скромная слава не в счёт.

Оркестров мажорное форте –
Бесстрашным солдатам страны.
А дети победного фронта
Стоят у обочин войны.

И с ними стоит моя мама,
И машет героям рукой.
Салютов небесная манна
Над Родиной плещет рекой!

За спинами граждан нарядных,
Ничуть не смущая их вид,
На ящике из-под снарядов
В слезах моя мама стоит.

Вот так всю войну простояла,
Поскольку росточком мала.
Снаряды она снаряжала
И верой в победу жила.

Не то моей маме обидно,
Что горьким был доблестный труд,
А что из-за роста не видно,
Как строем гвардейцы идут.

Несметные выпали беды
На долю геройской страны.
А дети священной Победы
Стоят у обочин войны.

В толпе ротозеев парадных,
Ничуть не смущая их вид,
На ящике из-под снарядов
Военное детство стоит.

г. Новокуйбышевск 
Самарская область
1 ... 2 ... 3 ... 4 ... 5 ... 6 ... 7 ... 8 ... 9 ... 10 ... 11 ... 12 ... 13 ... 14 ... 15 ... 16 ... 17 ... 18 ... 19 ... 20 ... 21 ... 22 ... 23 ... 24 ... 25 ... 26 ... 27 ... 28 ... 29 ... 30 ... 31 ... 32 ... 33 ... 34 ... 35 ... 36 ... 37 ... 38 ... 39 ... 40 ... 41 ... 42 ... 43 ... 44 ... 45 ... 46 ... 47 ... 48 ... 49 ... 50 ... 51 ... 52 ... 53 ... 54 ... 55 ... 56 ... 57 ... 58 ... 59