Советуем прочитать  
ИНФОРМАЦИОННАЯ ВОЙНА И ШЕНДЕРОВИЧ
Александр БОБРОВ
05.05.2015
Александр Бобров о премиях, прениях и песнях

Война объявлена! США теперь официально находятся в информационной войне с иностранными СМИ, которые сообщают новости о мировых событиях.

Хиллари Клинтон

Напрасно кандидатша в президенты Америки ограничивает информационную войну только новостными и аналитическими программами. Она разгорается на всех фронтах – в СМИ, на культурном поприще, в исторических прениях, в чатах интернета. Одна российская графоманка яро выступила в соцсетях за мир – «против милитаризма» поэтов, которые собрались 6 мая провести в ЦДЛ поэтический марафон «На Берлин!». Никто, конечно, не собирался агитировать в четвёртый раз брать силой русского оружия столицу Германии, но это ведь памятный образ – вектор неудержимого движения к Победе – «На Берлин!». Чего дурью маяться и привлекать к себе внимание, поучать? Она выложила ещё ролик: мол, посмотрите, как весело надо праздновать: «Песня Смуглянка – флешмоб студентов Гнесенки! Аж мурашки по коже)))».
Посмотрел. Да, прямо дрожишь от возмущения и недоумения: зачем в магазине «М-видео», среди красно-жёлтых реклам о распродаже полоскать великую песню Новикова-Шведова (кстати, долго тогда в радиоэфир не выпускали: война, а там какая-то молдаванка с виноградом)? Поэтам в пример ставится фальшивая, постановочная акция за бабки (они ведь не проголосно, спонтанно поют, а под заготовленную фонограмму!) да ещё с коленцами. Конечно, зевак задевает песня, которую сегодня забивают всякие Орбакайте-Жасмины, безголосые и безрепертуарные, ей люди даже подпевают, фотографируют этот буфет. Ну и что? Это ведь рекламная акция, а не порыв души. Да ещё песню из великого фильма Быкова взяли (не Дмитрия!). Ужасное, фальшивое время...».
Когда задумываешься над расхожим штампом: мы живём в условиях информационной войны, то поневоле стараешься сформулировать какие-то признаки и принципы, донести их на лекциях до студентов – будущих журналистов. Понятно, что в этой битве за умы (или за пустоголовие) и сердца (или за бессердечность) используются все средства манипуляции сознанием, все лживые приёмы и подлые передёргивания. Профессиональные пропагандисты ищут какие-то устойчивые критерии, рисуют графики. В Российском институте стратегических исследований (РИСИ) состоялся круглый стол, на котором был представлен аналитический доклад «Рейтинг недружелюбия к России мировых СМИ». Сотрудники института провели детальный анализ информационной политики 60 стран мира в 2014 году. Исследования производились в пространстве двух факторов: индекс агрессивности и число публикаций в месяц. Индекс агрессивности показывает, во сколько раз число негативных публикаций по России превышает число нейтральных. Принято считать, что информационную войну ведут те страны, у которых на 1 нейтральную публикацию приходится 5 и более негативных материалов.
Первенство по недружелюбному отношению к России по итогам 2014 года – точно! – принадлежит Германии. Она является безусловным лидером: на 1 нейтральную статью приходится 7,5 негативных, а в месяц число негативных публикаций зашкаливает за 500. Если это не начало полномасштабной войны СМИ Германии против России, то что? – говорили эксперты. Какие же темы интересуют наших геополитических оппонентов? На первом месте – украинский вопрос; в большом отрыве от него – экономика и инвестиционный климат в России. В небольшом отрыве от Германии находится США: на 1 нейтральную статью приходится 6 негативных. Канал CNN выпускает о России по 362 репортажа в год. Это очень много. В 2013 году между нами вроде бы намечалось какое-то сближение, но, как только возник украинский вопрос, моментально США, которые действуют в рамках доктрины Бжезинского о том, что ни в коем случае нельзя допустить воссоединения России с Украиной, рьяно взялись за формирование внутреннего общественного мнения о том, что Россия – агрессор, Украина должна оставаться независимой и т.п. Докладчиком был приведён такой интересный пример: в 1993 году США интересовались у своих респондентов, стоит ли им заниматься физическим устранением Фиделя Кастро? Фактически 100 % населения США ответило – да, этого зверя надо загнать, наконец, в тюрьму или в небытие. Но американская элита сказала – нет, ни в коем случае.
По Украине в том же 1993 году мнение складывалось с точностью до наоборот: никто не знал, где эта Украина находится (то в Канаду её засунут, то в Индию отправят), но 100 % американской элиты считали, что надо начинать войну с Россией, если она каким-либо способом попытается не то чтобы оккупировать, но даже косо посмотреть в сторону Украины. Нельзя, мол, дать возродиться Великой России, поэтому можно и нужно делать всё что угодно, вплоть до ядерного удара, только чтобы этого не случилось. Помрачение, конечно. Потому политики и стали готовить первый Майдан, который грянул через 10 лет. Тогда окончательный отрыв не произошёл даже с протаскиванием в президенты Виктора Ющенко, мужа американской разведчицы Чумаченко. Он позорно провалился на этом посту – тогда через 10 лет подготовили новый сокрушительный Майдан. На этот раз получилось круче и кровопролитней, но прошёл убийственный год – и снова забуксовало. Колёса сокрушительной информационной машины – вертятся! На Западе поняли: надо подключать мощную силу – пятую колонну в самой России, вечных диссидентов – граждан мира.
«ОДЕССКАЯ ХАТЫНЬ»: БИЛЕТ В ОДИН КОНЕЦ
Александр ГРИШИН
02.05.2015
Со дня массового убийства, потрясшего весь мир своей бессмысленной жестокостью, прошёл ровно год

В авиации есть такое понятие – точка возврата. Это, грубо говоря, максимально удалённое от вылета местоположение самолёта, из которого он ещё может вернуться на аэродром. Пройдя её, он уже не может вернуться. Не долетит. Но подобное есть не только в авиации. У стран, например, тоже есть свои точки возврата. Для Гитлера, например, ей стало нападение на Советский Союз 22 июня 1941-го. Для нынешней Украины – 2 мая 2014-го. День сожжения мирных граждан в Доме Профсоюзов, Одесская Хатынь.
Мужчины, женщины, дети. В списке погибших 48 человек. Не все опознаны. 1945-го года рождения, 56-го, моего 62-го, 73-го, 84-го, 92-го. Молодые и пожилые. Разные, но объединенные одним – все они стали жертвами жестокой толпы, разъярённой продуманной провокацией. Их сейчас официально 48. Восемь погибли в результате падения с высоты, 34 – в результате отравления продуктами горения и от ожогов. Есть и посмертные огнестрельные ранения – даже не добивали, стреляли уже в мертвых. Загнанных в ловушку здания и подожжённых озверевших толпой. А юные девушки на улице возле здания заботливо разливали горючую смесь в бутылки, чтобы их братья, сёстры, мамы (по возрасту) веселее горели там внутри.
Всё, что происходило до того, в Киеве, на майдане, вплоть до столкновений и даже до расстрела толпы и милиционеров снайперами, укладывалось в логику противостояния. Массовые беспорядки с накалённым градусом истерии и состоянием аффекта. Временное помрачение сознания. Ужасно, да. Но ещё остаётся шанс вернуться в человеческое состояние потом, когда схлынет этот амок. Сжигать мирных и безоружных своих же сограждан, просто имеющих другие взгляды, добивать спрыгнувших в поисках спасения из огня, душить беременных – это уже ничем из человеческого не объяснить.
Это была точка невозврата для этой толпы, но ещё не для всего общества. Для страны, которая раньше называлась Украиной, она была пройдена, когда выяснилась реакция СМИ и общества. Когда в социальных сетях появились тысячи, десятки тысяч радостных комментариев по поводу «сожженных колорадов». Когда в телевизионной студии всеукраинского канала на ток-шоу люди аплодировали сообщениям о погибших в Одессе.
Она прошла свою точку невозврата, ужаснула тем, во что она превратилась, окружающий мир и продолжила свой полёт в пропасть. После Одессы не вызывая уже никакого сочувствия своими бедами и несчастиями. Сочувствия после Одессы достойны лишь жертвы нынешней, слетевшей с катушек Украины. И что бы там ни говорили матёрые политологи, международные дипломаты и всякого толка общественные ученые-заединщики, именно с этого момента Украина перестала существовать как государство, каким она была до Одессы.
ВИНОВНЫЕ В ОДЕССКОЙ ТРАГЕДИИ НЕ ОСУЖДЕНЫ И НЕ НАКАЗАНЫ
Давид ЭЙДЕЛЬМАН
02.05.2015
У одесского поэта Вадима Витальевича Негатурова, который погиб 2 мая 2014 года, от ожогов, полученных в Доме Профсоюзов на Куликовом поле, было такое стихотворение:
«Снега, дожди, снега
– Печальный круг!..
Страшнее нет врага,
Чем бывший друг…
То плавный ход, то вдруг –
Рывком зигзаг!
Кто виноват, мой друг,
Что ты мой враг?...»
Кто виноват в том, что бывшие друзья становятся самыми страшными врагами? Почему, когда демонстрировали трупы заживо сожжённых или убитых толпой людей в программе Савика Шустера на одном из центральных каналов украинского ТВ, один из лидеров одесского евромайдана торжествующе заявил, что с «антимайданом» в Одессе покончено в студии раздались долгие и продолжительные аплодисменты?
Вероятно, главной причиной является атмосфера ненависти и непримиримости, торжествующая на Украине. Жестокие крупномасштабные конфликты чаще всего предваряются целенаправленным внедрением ярлыков. Для того, чтобы легче было убивать противников, их сначала нужно дегуманизировать, «обесчеловечить».
Если оппонентов маркировать как «колорадов» – это позволяет видеть в них людей не людей, а жуков. Если определять противников как «укропы» или «вата» – это не оставляет поводов для компромиссов. Ненависть захватила умы и души людей настолько, что услышать друг друга они уже не могут. Дегуманизация облегчает убийство. Сжигаешь же не людей, а жуков-колорадов. Преступление становится реализацией метафор.
Вторая причина – деградация политики. Государственный курс и стратегическое мышление сводится до уровня зондеркоманды. Бесчеловечность и преступления, которые Европа не видела со времен Второй мировой войны, начинают оправдываться политической целесообразностью.
Лучшей иллюстрацией этого могут быть слова чешского дипломата Вацлава Бартушки, который в интервью сайту Neovlivni.cz оправдал сожжение людей, произошедшее в Одессе 2 мая 2014 года. Рассуждая о том, как действовали в начале войны на Донбассе противники новоявленной киевской власти, он заявил:
«Если быстро оказать им сопротивление, как это сделали в Одессе, спалив их, или в Днепропетровске, где бунтовщиков убили и закопали у дороги – у вас будет мир. Если нет – то война. Вот и всё».
Если рассуждать подобным образом, если говорить о сожжении людей как о легитимных методах политических действий, то можно оправдать абсолютно любое преступление, любой террор, любую фашистскую гнусность.
И третья причина в образцах и примерах для подражания. Сожжение людей на Куликовом поле в Одессе оправдал не только второразрядный чешский дипломат, но и президент Украины. 23 октября 2014 года Пётр Порошенко сказал, что Одесса заплатила большую цену, чтобы остановить «сепаратистов»:
«В настоящий момент Одесса стала очень проукраинским городом! В российских СМИ Одессу даже называют «бандеровской». И большего комплимента для Одессы для меня не существует!». Если считать, что определение «бандеровская» – это комплимент для города Бабеля и Катаева, то сожжения людей – вещь вполне допустимая.
Если Бандера – это предмет для подражания, то подобные преступления неизбежны. Бандеровщина без терроризма невозможна. И во время и после войны бандеровцы сознательно делали ставку на чудовищные преступления, считая, что чем более ужасающие злодеяния они совершают, тем большее впечатление это произведет на местное население.
Недавно Порошенко сфотографировался в куртке «Циничный бандера», подняв большой палец вверх. Но Порошенко, безусловно, не является убежденным неонацистом.
Напомним, что он начинал свою карьеру депутатом Верховной Рады от Социал-демократической партии Украины, сыграл важную роль в создании Партии регионов, добился конституционного ослабления власти президента Ющенко, был министром экономического развития и торговли при Януковиче. Судя по таким зигзагам, у Порошенко вообще нет убеждений.
ТО БЫЛИ НЕ НЕМЦЫ
Андрей ТЮРИН
02.05.2015
Иногда (очень редко) пытаются мне тут втирать о героях Украины, которые боролись как с немцами, так и с Красной армией.
Тётя Соня из Житомира прожила всю жизнь в этом городе.
Как-то ответила на мой детский вопрос лет 37–38 назад: «Тётя Соня, а вы фашистов видели?».
– Видела, конечно.
– А страшно было?
– Страшно? Да, конечно... Но страшнее было потом.
– А что потом?
– Потом, за немцами, шли... люди. Маленький ты ещё об этом знать.
– Ну, тётя Сонь! Ну, пожалуйста! Что за люди-то? Пленные?
– Нет, не пленные.
– А кто?
– Ну кто, кто. К нашим соседям пришёл человек с ружьём и с белой повязкой. Улыбался. Попить у хозяйки попросил. А потом и сказал: «Ну шо, як дела, сосед? Вот и свиделись. Выводи своих во двор».
А там ещё стояли такие же, с ружьями. И яблоки ели. Я всё своими глазами видела.
Повесили всех. Отца только застрелили в конце. Дали ему посмотреть, как вешают его жену и дочек, а потом застрелили. А мы с мамой убежали через час. Посидели на чердаке до темноты и тикать.
– Как это – улыбнулся? А откуда он их знал? А он, что ли, не немец был?
– Всё, иди, не мешай, мне убираться надо.
Я ещё ничего не знал тогда. В маленькой детской голове такое не могло уместиться, и принять на веру такие слова я не мог. Есть фашисты и есть наши! А это кто тогда? Фашисты ведь! А почему он назвал его «сосед»? И почему улыбался?
Но теперь я в курсе. Это были отважные борцы за независимость Украины.
ПЕРЕВЕДИ МЕНЯ… ЧЕРЕЗ МАЙДАН
Николай ИВАНОВ
30.04.2015
Институт перевода – организация забавная. Только мало забавного в том, что функционирует она «при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям». Получается, что за счёт государства. Только вот интересы этого самого государства подчас расходятся с интересами Института перевода. Как и с интересами Роспечати, скажем прямо. Не так давно разразился скандал с Михаилом Шишкиным, отказавшимся представлять Россию на международной книжной ярмарке BookExpo America, заявив, что он не намерен солидаризироваться с «коррумпированным преступным режимом», с «воровской пирамидой» и «шайкой узурпаторов». В общем, дело ясное. Не ясно только, почему Роспечать годами таскала Шишкина по международным выставкам, представляя его как видного русского писателя. И почему Институт перевода издавал его книжки на иностранных языках, используя средства налогоплательщиков («Венерин волос» на английском, 2012; «Письмовник» на шведском, 2012). Живущий в Швейцарии Шишкин известен в России в основном по истории с плагиатом, когда его уличили в использовании произведений Веры Пановой. Может, лучше бы познакомить западного читателя с книгами Пановой?
Вообще необъяснима любовь Института перевода к авторам, живущим за рубежом и давно оторванным от российских реалий. Вот, к примеру, Елена Катишонок, до 1991 года жившая в Риге, а затем эмигрировавшая в США. Первый свой роман написала в 2006 году, особой читательской любви в России не снискала, так какой смысл переводить её на зарубежные языки? Она что, заметное явление в нашей словесности? Но вот перевели же, издали же («Когда уходит человек» на немецком, 2013–2014). Не так давно скончался корифей «деревенской прозы» Василий Белов, почти каждый год мы отмечаем памятные даты, связанные с классиками нашей литературы, но вместо переводов проверенных временем произведений русских писателей – получай, Европа, новоявленных катишонков! Зачем переводить Шукшина, кого интересует Астафьев? Даже «ходового» Лимонова игнорируют – он хоть и в оппозиции, но всё ж таки патриот. А ведь особой любовью у Института перевода пользуются авторы, негативно отзывающиеся о России.
Сколько книг Улицкой было переведено и издано за счёт ненавистной России – судите сами («Зелёный шатёр» на польском, 2012; «Даниэль Штайн, переводчик» на испанском, 2012; «Девочки», «Бедные родственники» на румынском, 2012; «Казус Кукоцкого» на македонском, 2013–2014; «Священный мусор» на венгерском, 2013–2014 и др.). Да это целая библиотека! Достоевский с Тургеневым нервно курят в сторонке! Есть, впрочем, фигуры и помельче. Абсолютно нечитабельные Глеб Шульпяков («Письма Якубу» на английском, 2012), Алексей Слаповский («Синдром Феникса» на итальянском, 2012), Светлана Алексиевич («Время сэконд хэнд» на норвежском, 2015). И дело даже не в том, что некоторые из этих людей не живут в нашей стране или подолгу отсутствуют (Алексиевич вообще белоруска), а в том, что особой любви у нашего читателя они не снискали. Так зачем представлять их западному книголюбу как нечто выдающееся?
Вот зацикленная на теме притеснения евреев в СССР Елена Чижова («Время женщин» на немецком и на польском, 2013–2014). Зачем, спрашивается, дважды издавать на разных языках не самый сильный роман не самой сильной писательницы? Чтоб показать русских антисемитами и варварами? Ту же тему, но несколько изящнее развивает Мария Степнова, без которой Институт перевода также не смог обойтись («Женщины Лазаря» на французском, сербском и норвежском в 2013–2014 и на румынском в 2015). Там же следом и любители майдана и подписанты писем в защиту Украины Максим Амелин («Гнутая речь» на немецком, 2012 и в 2013–2014) и Сергей Гандлевский («Стихотворения» на итальянском, 2015).
Замечательно получается, однако, – можно оскорб¬лять Россию, русский народ, президента и правительство, симпатизировать украинским карателям, а Институт перевода при содействии Роспечати будет исправно выпускать твои книжки для западного читателя и представлять тебя значимым автором. Да и как иначе, когда в наблюдательный совет института входят, допустим, гендиректор Всероссийской государственной библиотеки иностранной литературы Екатерина Гениева и Ирина Прохорова, соучредитель фонда Михаила Прохорова. Это ведь Гениева в своё время разрешила Прохоровой провести в «Иностранке» так называемый конгресс интеллигенции, на котором в открытую оскорбляли В.В. Путина (сравнивая с Гитлером и т.д.) и выражали самое горячее сочувствие киевской хунте. Сплочённая команда единомышленников, идущих через майдан, что тут ещё скажешь. Так стоит ли удивляться тому, что они способствуют изданию книг близких по духу авторов? Одна беда – на наши с вами деньги. А оно нам надо?
ХОЗЯИН РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ
Михаил ДЕЛЯГИН
27.04.2015
«когда посмотришь ты в глаза Швыдкому,
возникнет вдруг – неясно, почему? –
желание участвовать в погромах
и покупать плохую хохлому»

Олег Бородкин
Швыдкой – милейший обаятельный человек, располагающий к себе практически любого собеседника. Приятный во всех отношениях эрудит, всегда готовый поделиться своим опытом и сокровенными чувствами, он завораживает студентов недостижимым для них цинизмом, интеллектуалов – знаниями, а солдафонов – виртуозным матом. Каждый собеседник (если, конечно, это надо Швыдкому) чувствует себя в его присутствии желанным и важным для него человеком и навсегда запоминает вызываемые этим гордость, интерес и умиротворение.
Важнейшая сфера жизни общества – культура – несёт на себе его неизгладимую печать: далеко не все сознают, что его влияние на жизнь нашего общества превышает влияние большинства премьеров и сопоставимо с влиянием президентов.

Культурный рост
Михаил Ефимович Швыдкой родился в 1948 году в Киргизии в райцентре Кант, где на базе эвакуированной в 1941 году Одесской авиашколы было создано Фрунзенское военное авиационное училище (сейчас на его инфраструктуре развернута знаменитая российская авиабаза).
Отец Ефим Абрамович с 12 лет работал на шахте в Донбассе, в 30-е был председателем колхоза, затем работал в райкоме партии, воевал ещё на финской, в Сталинграде был тяжело ранен и долго лечился, но остался в армии и служил в Канте. Мать, Марина Юлиановна, одесситка, окончила мединститут в Уфе и по распределению поехала в Кант работать хирургом в больнице.
Уже в 10-летнем возрасте Швыдкой жил коммуналке в Москве и до сих пор помнит тогдашнюю цену детских ботинок.
При этом славился прекрасными сочинениями, занимался в театрально-поэтическом клубе, записался в киностудию при Дворце пионеров, отлично играл на пианино, был душой почти любой компании, в 9-м классе организовал джаз-банд – и, в итоге, шокировал учителей, поступив в ГИТИС.
По его воспоминаниям, решение было случайным: мол, просто экзамены в ГИТИСе проходили раньше. Но в то время выбор между «физикой» и «лирикой» носил принципиальный характер: физика и математика служили государству, а творчество давало свободу. Возможно, сыграло роль и неизбежное сравнение фигур отца-военного и отчима-музыканта.
Вот только простодушные энтузиасты, жаждущие стать звёздами или просто приобщиться к искусству, шли в режиссёры или актёры, – а Швыдкой поступил на сравнительно непопулярный театроведческий факультет. Возможно, так было проще, но нельзя исключить, что он уже тогда понимал: у критика больше власти, чем у творца, ибо именно он даёт оценку творцу. И потому, если нужна власть, а не «зияющие высоты» творчества, – нужно быть не режиссёром или актёром, а именно критиком.
Швыдкой женился на дочери известного успешного кинодраматурга; возможно, это помогло ему в 1973 году устроиться во всесоюзный журнал «Театр», где он сделал карьеру, поднявшись к 1990 году с должности корреспондента до секретаря парторганизации журнала (члена райкома КПСС!) и заместителя главного редактора.
Оправдывая свою фамилию (по-украински она значит "быстрый"), Швыдкой хватался почти за любую возможность подработать: писал рецензии, преподавал в вузах, ездил с лекциями по стране, причём, благодаря потрясающему обаянию, завоевывал почти любую аудиторию. Писал книги и добивался их выхода (что было тогда отнюдь не просто и приносило хорошие деньги), ездил в загранкомандировки и даже читал лекции в США (в частности, курс по русской культуре в знаменитом MIT – Массачусетском технологическом институте). В 1975 году стал театральным обозревателем Всесоюзного радио и телевидения, в 1977 году защитил кандидатскую и заработал авторитет признанного критика.

Ключ к демократической власти: реституция
С началом перестройки Швыдкой зорко изучал открывавшиеся перед ним шансы, но, будучи предельно осторожным, начал действовать лишь в 1990 году.
Бизнес как таковой, деньги ради денег, Швыдкому были чужды: уже тогда светский лев, он (вероятно, в силу трудного детства) остро нуждался в публичном успехе, во всеобщем внимании и любви. А для гарантированного получения и сохранения всего этого надо было прорваться в истеблишмент, стать частью власти.
Ключом было сотрудничество с Западом и набиравшими силу демократами – и в 1990 году Швыдкой добился публикации в журнале «Театр» революционной для того времени английской пьесы «Московское золото», посвящённой травле ретроградами из Политбюро во главе с Горбачёвым народного лидера Ельцина (тогда как раз вырвавшегося, наконец, из опалы). Даже переводить пьесу было ещё страшно, но Швыдкой, учуяв будущее, организовал гастроли английской театральной труппы в Москве и даже привёз авторов пьесы.
Так он стал любимцем Ельцина.
ЗАВТРА ОНИ ПРИДУТ ЗА ТОБОЙ
Александр РОДЖЕРС
24.04.2015
Нет сомнения, что убийство Олеся Бузины – политическое. Даже нынешние киевские власти вынуждены признать это, скрывшись за формулировкой «связано с профессиональной деятельностью». Самое настоящее – политическое. Каких уже немало произошло на Украине в последнее время.
Мне довелось несколько раз встречаться с Олесем. Однажды – на дне рождения у киевского журналиста Александра Чаленко. Несмотря на свою славу эпатажного разоблачителя, Бузина был предельно скромен, даже застенчив, тихо пришёл, поздравил и так же скромно ушёл, стараясь не оттягивать на себя внимание гостей. В другой раз – на презентации его книги. У меня до сих пор дома лежит подписанный экземпляр. Олесь был известным архивистом, очень много читал, обладал огромными познаниями в области истории, легко проводил параллели между современными и давними (или не столь давними) событиями, умел убедительно доказывать свои утверждения.
Таких, как он – правдолюбов, правдоносцев, умело обосновывающих свою точку зрения, которых невозможно победить в открытой честной дискуссии, – нацисты ненавидят особо яростно. И дело не в каких-то выдающихся полемических способностях (хотя их у Олеся не отнять), а просто в том, что против фактов не поспоришь.
А когда нацисты не могут спорить (то есть, практически всегда, поскольку правды за ними никогда нет), они убивают. Кто-то, более радикальный, чувствуя опасность, вынужден был покинуть родину. Олесь, как более спокойный и умеренный, пытающийся понять обе стороны конфликта, остался. Оказалось, зря. Нацистам не нужны «пытающиеся понять». Им нужны только восторженные сторонники, а оппоненты или даже просто умеющие думать – враги, подлежащие уничтожению.
Олесь Бузина не был ни сепаратистом, ни революционером, ни подпольщиком. Он был сторонником единой Украины, противником конфронтаций и конфликтов, очень надеялся, что в его стране наступит мир. Когда понял, что не сможет влиять на редакционную политику издания, в котором работал, просто уволился, без скандалов и громких хлопаний дверью. Но увольнения вольнодумца нацистам было мало.
Когда большинство радикальных противников режима уехали, были убиты или брошены в тюрьмы, нацисты принялись за умеренных. Уверяю: когда зачистят умеренных, примутся за недостаточно лояльных собственных сторонников. Такова природа всех людоедских режимов.
Помните слова известного немецкого богослова и борца с фашизмом, узника Дахау Мартина Нимёллера? Когда пришли за коммунистами – многие делали вид, что их это не касается: я же не коммунист. Пришли за евреями – тоже отвернулись: я же не еврей. «Потом они пришли за мной, и уже не было никого, кто бы мог протестовать», – такими словами заканчивается это стихотворение пастора-антифашиста.
На Украине как раз тот случай. Сначала убивали активистов Партии регионов, теперь – журналистов и писателей (скоро и книги примутся сжигать), потом возьмутся за профсоюзников и бизнесменов, а закончат… Нет, они никогда не заканчивают, их обычно останавливают, но часто слишком дорогой ценой.
Все попытки нацистского режима предъявлять кому-то претензии законным путём заканчиваются крахом. Они до сих пор, уже больше года, не смогли предъявить никаких внятных обвинений даже Януковичу – ни в коррупции, ни в хищениях, ни в злоупотреблении властью, поэтому не заморачиваются, а просто убивают. Ведь следствия и суда все равно не будет, а «международная общественность» молчаливо не заметит ещё одно убийство. И десять не заметит, и сто. Она, эта общественность, ведь фактически проигнорировала все предыдущие преступления киевского режима против человечности.
Если преступление совершается в интересах США, оно не считается преступлением – это основной постулат современной дипломатии и международной юриспруденции. Когда в Москве был расстрелян Борис Немцов, убийц нашли в течение суток. И все равно западные СМИ подняли сумасшедший вой: политическое убийство. «Забыв», что Немцов давно отошёл от активной политической деятельности и не оказывал на ситуацию в России и за её пределами никакого влияния. А на Украине убиты уже десятки журналистов, депутатов, юристов и общественных деятелей, непосредственно участвующих в политической жизни страны, имеющих армию сторонников и последователей, – но этого никто не замечает. «Какое жестокое самоубийство», в лучшем случае «посочувствуют» западные «правозащитники» и отвернутся, тем самым давая хунте понять, что ей все дозволено.
РАЗРЕШЕНО ВСЁ, ЧТО ЗАПРЕЩЕНО
Геннадий СТАРОСТЕНКО
22.04.2015
Пять лет назад Сергей Капица, долгие годы радовавший нас благородством души и прививавший интерес к научному познанию мира, выступил с обличениями главных пороков нашего необуржуинства: «Россию превращают в страну дураков… Телевидение занимается разложением сознания людей. На мой взгляд, это преступная организация, подчинённая антиобщественным интересам...»
За эти слова поручились бы миллионы неравнодушных сограждан, но и они не в силах изменить ситуацию. Тем, кто подваучерил и приаукционил рудники, заводы и земли в бывшей Стране Советов, именно такой желанной наша страна и представляется. Страной дураков – иной раз беспечных, иной раз встревоженных, но непременно распущенных. Развращённых до такой степени, что уже не имеют и малейшего представления об элементарных приличиях, поскольку извращения им стали ближе… и выбалтывают друг другу всё на свете – интимное, запретное, недолжное...
Учёный брал картину широко – в общем виде, он не упоминал передачку «Пусть говорят», оставив разбираться с частностями нам, телезрителям. А у нас, увы, призывать к ответу нынешних правопреемников Содома и Гоморры маловато духу. Неспешно ждём мессию, который изгонит осквернителей из храма. Или героя, который поразит Дракона. Или Иванушку на печи – чтобы по щучьему велению… – и под вечерний чаёк изум-ляемся, есть ли пределы безнравственности в стране дураков.
Во вторник 14 апреля в малаховской передаче «Пусть говорят» на Первом поведали очередное непотребство – о подмосковной учительнице, которая, испытывая паранормальное влечение к своему ученику, заказала киллерам его жесточайшее убиение. Свидетельством чему была приведена видеозапись. Всем здравомыслящим людям понятно, что показывать такое ни в прайм-тайм, ни когда-либо в иное время по ТВ недопустимо. Есть вещи, которые нельзя предавать широкой публичности в подобном формате, и разумно устроенные общества налагают нравственные и законодательные табу на подобные деяния. Зато неразумное, направляемое чьими-то субверсиями, с помощью такого рода шоу закладывает фугасы под собственное будущее, постепенно (не враз – и порой незаметно для глаза) коверкая сознание детей и молодёжи, превращая многих в циников, невротиков и моральных калек.
Мы ведь не оставляем ушедшего из жизни разлагаться у всех на виду. Точно так же общество изолирует человека, потерявшего рациональную связь с жизнью, – уж по крайней мере не предаёт всенародному глумлению, хотя желающие и находятся. Даже если человек готов был пойти на подобное преступление, оставаясь в здравом уме, сама его нравственная маргинальность и опасность гибельного резонанса в нетвёрдых тинейджерских душах налагают запрет на обращение к этим темам в «стиралках» вроде малаховской. Для России это представляет куда большую деструкцию, чем майданы в соседних странах.
Да ведь и ничего же пока не ясно. Где тайна следствия, где презумпция невиновности? Это же агрессивное вмешательство в следствие и предстоящее судопроизводство…
Авторы подобных телезатей и студийная их «подтанцовка», конечно же, торжественно проверещат, что были движимы самыми благородными побуждениями. И, в общем-то, нельзя в известной мере не отдавать им должное: они далеко не безнадёжны – и очень хорошо знают, что обсуждать можно не всё, что есть реальные табу, которые они никогда не преступят. Например, тему пропорционального нацпредставительства – либо подобные ей…
КОЛЛАПС НЕ НАСТУПИЛ
Игорь БОЙКОВ
20.04.2015
О несбывшихся надеждах кабинетных аналитиков

Знакомясь с высказываниями многочисленных отечественных публицистов и экспертов по украинской теме, сложно отделаться от ощущения, что значительная их часть по-прежнему пребывает во власти определённых иллюзий. Правда, за год войны число откровенных мечтателей значительно поубавилось и разговоры об одурманенном американскими спецслужбами братском народе раздаются всё реже, но, тем ни менее, нельзя не отметить: определённая часть российской общественности ещё надеется на возможность «разрядки» в отношениях между бандеровской Украиной и Россией в обозримом будущем.
Поводы для выражения подобных надежд изыскиваются разные. Разберём хотя бы некоторые, наиболее распространённые из них.
Так, с осени прошлого года не только федеральные телеканалы, но и политизированная часть Рунета откровенно уповала на некий катастрофический кризис украинской экономики, приход которого, по их мнению, должен был окончательно подорвать силы киевской хунты и парализовать волю украинского общества к продолжению войны на Донбассе.
Что ж, сейчас, по прошествии зимы, которую разнообразные политологи и экономисты рисовали для Украины в самых мрачных, почти апокалиптических тонах, можно сполна оценить обоснованность подобных прогнозов. Как мы видим, она оказалась практически нулевой. Экономический коллапс не наступил, зарплаты в «незалежной» худо-бедно выплачиваются, простой народ хоть и вынужден затянуть пояса, но всё же не голодает, правительство по-прежнему дееспособно, а украинская армия, получая всё новые пополнения в живой силе и технике, очевидным образом готовится к новому наступлению.
В том, что исход первой военной зимы при текущих раскладах будет для Украины приблизительно таким, серьёзных сомнений не возникало ещё в прошлом году. И дело здесь не только в податливости российской власти, готовой снабжать газом откровенного врага и заключать с ним бесконечные мирные соглашения. Многие отечественные аналитики готовность наших противников в Киеве и на Западе к продолжению вооружённой борьбы откровенно недооценили. Украинская хунта оказалась вполне способной к мобилизации не только в военной сфере, но и в организационной и в политической. Выбивать уступки на переговорах с неприятелем тоже надо уметь, слабой и морально надломленной власти такое не под силу.
Кроме того, наивно было надеяться на то, что Запад и, прежде всего, США, уже вложившие столько сил и средств в разжигание и канализацию конфликта, вдруг возьмут и остановятся на полпути, позволив уже переформатированной в их интересах Украине рассыпаться из-за нехватки нескольких миллиардов долларов. Суммы, требуемые для поддержания экономики бандеровского государства в сносном состоянии, по современным меркам весьма незначительны, и западным «партнёрам» нет никакого смысла их сейчас «зажимать». Главный приз в затеянной ими игре – пока ещё недоступное дележу «русское наследство» – того безусловно стоит. Именно поэтому Украине этой зимой не дали бы впасть в состояние разрухи даже в том случае, если бы Кремль на переговорах по газу занял предельно жёсткую и принципиальную позицию.
Другой долго муссируемой в российских СМИ темой являлась якобы неминуемая перспектива «третьего Майдана», который по мысли части наших политологов, должен был вспыхнуть в результате всё того же экономического кризиса и резкого падения уровня жизни.
О том, что такой поворот событий в современных украинских реалиях совершенно невероятен, думаю, должен понимать любой, мало-мальски осведомлённый с сутью украинской проблемой. Безусловно, причины, предопределившие победу мятежников год с лишним назад, были не только внешнего, но и внутреннего характера, и на это ни в коем случае нельзя закрывать глаза.
АНТИЕВРАЗИЙСКАЯ ИНФОРМАЦИОННАЯ КАМПАНИЯ: ГДЕ БУДЕТ ЛУКАШЕНКО 9-ГО МАЯ
Иван ЛИЗАН
20.04.2015
В СМИ вновь запущена антиевразийская информационная кампания. Под ударом традиционно оказался Александр Григорьевич Лукашенко. Повод для уничижительной критики президента Белоруссии – намерение Лукашенко провести 9 мая в Минске, где он как глава государства примет воинский парад, а не в Москве.
Обвиняющие Лукашенко в предательстве и попытках уклониться от празднования Великой Победы СМИ и эксперты забывают о том, что:

  1. В предыдущие годы глава Белоруссии раз за разом принимал парады в Минске, где они проходили без сучка и задоринки, какой-либо националистической истерии и русофобии. И никто этого не замечал.
  2. Для сохранения народного единства в республиках и России, а также воспитания и укрепления в разуме граждан размытого за 24 года после краха СССР культа Победы куда важнее провести как можно больше парадов и мероприятий в столицах союзных республик, а не просто «один на всех» масштабный парад в Москве.
  3. Лукашенко осудил президентов, которые отказались ехать в Москву под политическим давлением США.
  4. 7–8 мая президент Белоруссии будет в Москве, где поведёт встречи с коллегами по ЕАЭС и партнёрами по иным интеграционным структурам.
  5. Лукашенко не выступал ни с какими заявлениями против России, Евразийского союза или же Дня Победы.
  6. Так называемые «заигрывания» Белоруссии с ЕС, которые выражаются в намерении активизировать сотрудничество с Брюсселем в рамках обновлённого формата «Восточного партнёрства», – не более чем попытка улучшить скверные отношения с Европой на фоне развёртывания в Прибалтике баз НАТО и нарастания военной угрозы. Собственно, Россия также пытается наладить отношения с ЕС и охладить пыл США.
  7. Лукашенко – президент Белоруссии, а не России, он при этом не вассал Путина. Страны обладают равным суверенитетом и объёмом прав в рамках Евразийского союза. Потому глава РБ не обязан поступать так, как того хотели бы российские караул-патриоты.
Примечательно, что всю последнюю неделю в сети был отмечен традиционный информационный накат на символы Победы – георгиевские ленты. СМИ с упорством, достойным дятлов, вновь пишут о том, что их запретили в разных странах Союза чуть ли не по прямому – естественно, негласному – указанию глав республик. Подобные информационные атаки проводились и ранее.
Впрочем, есть ощущение, что по мере приближения к годовщине Победы парад, как и итоги договорённостей в Москве, попытаются вытеснить из информационного пространства активизацией боевых действий в Донбассе.
КРИВДА ПО-ПОЛЬСКИ
Олег ЗУЕВ
15.04.2015
В последние месяцы из уст польских политиков, в эфире и газетах звучат не до конца проверенные, а то и лживые высказывания в адрес России, тенденциозно трактуются многие страницы взаимоотношений между нашими странами. Год 70-летия Великой Победы начался с заявления министра иностранных дел Польши Г. Схетыны о том, что Освенцим (Аушвиц) якобы освободили украинцы. Депутат сейма Я. Зелиньский предложил установить День памяти жертв Августовской облавы лета 1945 года (так называемой «малой Катыни»). Словом, чего только в Польше не говорят.
Недавно по инициативе сопредседателя Зиновьевского клуба МИА «Россия сегодня» Ольги Зиновьевой и Российского института стратегических исследований (РИСИ) прошёл круглый стол на тему «Польский вопрос в свете последних событий». Корреспондент «ЛГ» послушал, о чём шла речь.

Леонид РЕШЕТНИКОВ, директор РИСИ:

– Мы видим, что в ходе кризиса на Украине Польша занимает активную позицию. И агрессивно нападает на информационном и дипломатическом поле. Вместе с тем мы должны помнить, что есть две Польши. У соседей немало людей, заинтересованных в развитии отношений с Россией. Они, правда, часто вынуждены молчать, когда польские власти раскручивают антироссийскую кампанию. Эта политика официальных лиц чётко вписывается в рамки русофобской линии Запада. Она направлена не только против нашего государства, но и против всего населения. Пытаются исказить и изменить историческую правду выгодными для себя мифами.

Ольга ЗИНОВЬЕВА, руководитель Международного научно-образовательного центра имени А.А. Зиновьева МГУ им. М.В. Ломоносова:
– Младозападные страны чувствуют себя обязанными перед Вашингтоном и ЕС. И, видимо, поэтому громче всех вопят, бранятся и угрожают России, демонстрируя бесконечными фальсификациями и неуёмной сервильностью, что во всём вокруг виновата Россия. Они рассчитывают, что за такую смелость в отношении нашей страны заслужат какие-то особые бонусы. И заслуживают, хотя получают не так щедро, как им хотелось бы. И тогда с ещё большей ретивостью стараются выслужиться перед США и Западом. Спокойно относиться к этому нельзя.
Налицо отсутствие морали и этики у западных новичков. «Школа демократии», точнее дипломатическое «ПТУ демократии», которую они прошли за два десятка лет, наталкивает на грустные размышления. Они не приобрели европейского лоска и не научились вести себя так, как положено на достойном уровне международного общения. А оно предполагает большую ответственность, трезвость в словах и поступках, продуманность решений, уважение суверенитета и объективную историческую память.
Можно прощать людей и страны за какие-то поступки. Но, прощая, надо помнить о пролитой крови и миллионах погибших людей. Мой муж Александр Александрович Зиновьев провоевал всю войну. В марте исполнилось 70 лет его полёта на штурм Глогау, за что он был представлен к ордену Красной Звезды. До тех пор, пока мы будем отстаивать Великую Победу и нашу державу, до тех пор, пока каждый из нас будет стоять на страже объективной истины, никакая вражья сила не победит. В информационной войне наши противники не сражаются за истину. Наоборот, зачастую делается всё возможное, чтобы её уничтожить. Александр Зиновьев писал: «Я буду защищать тебя, родившая меня эпоха!» То есть защищать наши главные ценности и правду.

Олег НАЗАРОВ, член Зиновьевского клуба, обозреватель «ЛГ», доцент МГУ им. М.В. Ломоносова:
– В марте Институт национальной памяти Польши разослал приглашение на конференцию «Аспекты советского присутствия в Восточной и Центральной Европе в 1945 году», предложив обсудить «преступления, совершённые советскими солдатами против гражданского населения». Есть все основания предполагать, что, делая акцент на этом, на конференции не вспомнят о шестистах тысячах красноармейцев, погибших при освобождении Польши. Сейчас польские власти уверяют, что на смену нацистской оккупации пришла советская, забывая, что если нацисты уничтожали поляков, то Красная армия завоевала им право на жизнь. Это сделали наши деды, а не американцы, англичане или Армия крайова. Последняя даже не смогла защитить польское население от бандеровцев – на Волыни и в Восточной Галиции. Поскольку свой провал кознями коварного Сталина и злобного НКВД не объяснить, поляки о нём молчат.
В длинном ряду антироссийских выпадов оказался протест посла Польши на мою статью «Большая тройка» и польский вопрос». Катажина Пелчински-Наленч потребовала «прекратить в будущем публикации такого рода материалов, которые не способствуют предметной и основанной на исторических фактах дискуссии». На её вопросы я дал развёрнутый ответ со ссылками на источники, задал ряд своих вопросов. Ответов нет. И это «предметная дискуссия»?..
ГЛАВНОЕ, НИ В ЧЁМ СЕБЕ НЕ ОТКАЗЫВАЙТЕ…
Андрей СОКОЛОВ
13.04.2015
Как государство за наш счёт поддержало оппозицию с её гейпропагандой

Депутат Государственной Думы Евгений Фёдоров обратился в Генеральную прокуратуру с просьбой предоставить результаты рассмотрения его запроса относительно финансирования оппозиции из федерального бюджета. В частности, его интересует информация относительно выделения средств по линии Роспечати.
Речь идёт о расследовании «дела Маркво», гражданской жены Владимира Ашуркова, исполнительного директора созданного Алексеем Навальным Фонда борьбы с коррупцией. Александрина Маркво – руководитель фирмы, которая, по словам депутата, получила больше 100 миллионов рублей от мэрии Москвы и Роспечати на проведение действий, которые фактически были направлены на поддержку уличной компоненты пятой колонны. Это так называемое «дело о чтениях в парках».
Затем, по уверениям Е. Фёдорова, когда началось расследование, выяснилось: финансирование таких средств массовой информации, как «Дождь», «Слон» и других тоже шло по линии государства. «Поскольку многие из этих каналов занимают откровенно антигосударственную позицию, естественно, возникает странный вопрос: берут деньги из бюджета, которые собирают налогоплательщики, и выделяют их на действия, направленные против интересов налогоплательщиков и государства», – замечает депутат.
ЗАО «Бюро 17», учредителем которого является Александрина Маркво, давно выигрывает столичные тендеры. В частности, компания взялась за «организацию и проведение мероприятий, направленных на повышение престижа чтения в городских парках Москвы». Согласно информации с сайта «Букмаркет», был открыт ряд площадок, на которых выступали Виктор Шендерович и Борис Акунин, Дмитрий Быков и Ирина Хакамада, проходили чтения переписки Людмилы Улицкой и Михаила Ходорковского.
При этом директор по развитию «Бюро 17», руководитель проекта «Книги в парках» Ольга Возная рассказала, что списки выступавших агентство формировало по согласованию с правительством Москвы.
А в Санкт-Петербурге, под крышей государственной библиотеки имени В.В. Маяковского на Неве запущен и активно раскручивается проект «Открытая библиотека» и проводимые в его рамках «Диалоги», который курирует заместитель директора библиотеки Николай Солодников – о чём уже писало «Столетие». По словам заместителя директора, проект «призван создать первое негосударственное мультимедийное пространство, которое, по задумкам организаторов, должно стать местом «для диалога власти и общества, для общения и досуга».
Диалог и досуг – что может быть лучше! Но нет предела совершенству, поэтому Н. Солодников призывает «привести неформалов в формальные госучреждения». Когда в «Маяковке» начались «Диалоги», то пригласили, например, известного своими эпатажными заявлениями депутата ЗАКСа Виталия Милонова. «И вот пришли хипстеры, ЛГБТ-активисты, в общем, все те, у кого к нему действительно острые вопросы, – радует Н. Солодников. – Но библиотека – место культурное, тут и хамить стыдно, поэтому разговор получился хоть и острым, но очень культурным. Я не представляю другого места, где такое могло бы получиться».
Вышло действительно хорошо: где ещё по душам можно поговорить с активистами нетрадиционной сексуальной ориентации, как не в библиотеке…
«ТАНГЕЙЗЕР»: НЕ ДИАГНОЗ, А СИМПТОМ
Елена ЯМПОЛЬСКАЯ
10.04.2015
За минувшие две-три недели Отечество наше пережило культурную революцию. Странное слово «Тангейзер» сотрясает страну от Калининграда до Владивостока с эпицентром в Новосибирске. Фамилию Вагнер усвоили даже те, кому раньше за глаза хватало Меладзе. Фраза из новостных программ: «И об опере» – действует, как боевой клич, собирая народ к экранам. Известный прежде узким кругам режиссёр Кулябин по плотности упоминаний в СМИ не уступает Коломойскому.
Я принимала участие в целом ряде заседаний, советов и ток-шоу, посвящённых новосибирскому «Тангейзеру», а потом одумалась и завязала. «Спасибо, нет», – отвечаю теперь на звонки. Раздаваться они будут наверняка еще долго: не умея создавать события, журналисты упиваются всяким скандальчиком, как дворняга любимой костью.
Почему завязала? Жалко времени на игру в притворяшки, где по нарастающей (и, увы, со всех сторон) идёт приумножение разнообразных лукавств. Самое малоприятное в истории с «Тангейзером» – все всё понимают, однако и сами живут в системе допусков, и другим навязывают удобную мину.
Давайте делать вид, что у российского театра существуют какие-то свои особенные хвори, которые можно излечить локальными припарками. Главное – не обобщать. Потому что обобщение может вдруг вывести проблему на совершенно иной уровень, потревожить влиятельные мозоли.
Давайте верить, что «Тангейзер» – досадная случайность, уродливая диковина. Ведь если так, можно устраивать вокруг него искусствоведческие хороводы, до неразличимости замыливая суть вопроса.
Давайте примем за аксиому, будто Борис Мездрич – главный провокатор театральной России, новый «мистер Нет». Прочим – белым и пушистым – руководителям трупп за Бориса Михайловича просто неловко.
Давайте раз и навсегда приговорим, что против «Тангейзера» выступают охранители-мракобесы, способные только тащить и не пущать. По ночам им снятся реперткомы, Главлиты и цензурные уставы. Художник в их представлении – человек, вибрирующий перед начальственным кабинетом... Как легко и приятно бороться с такими оппонентами! Можно голосить а-ля торговка рыбой на одесском Привозе, допустимо нести ахинею типа: «Пусть православные граждане встретятся с театральными деятелями», «Если мне не нравится священник, я иду в другой храм». Путаница понятий, смешение белого с острым, душевная глухота прощаются, если визжишь ты за «свободу творчества».
Давайте прикинемся, будто талант режиссёра определяется «Золотой маской» – это позволит произвести Тимофея Кулябина в мэтры. Кто-то в запале даже сравнил его с Бродским: оба, мол, пострадали от государства. А что такого? Иосиф Александрович умер, ему всё равно, а нам приятно.
Попробую напоследок разгрести завалы этих лживых допущений. Начнём с того, что «Тангейзер» – не экспонат кунсткамеры, но рядовое явление. Мездрич пострадал практически безвинно: в том смысле, что подобными – и даже куда более хулиганскими аттракционами — охотно пробавляются наши ведущие сцены. Однако там должности худруков и директоров занимают «юпитеры», а Мездрич – несмотря на опыт – всё-таки застрял в категории «бык обыкновенный». То, что позволено более именитым коллегам, для него обернулось крахом карьеры. На эту несправедливость Мездрич и сам тонко намекнул в интервью: «История с «Тангейзером» – не частный случай. А вдруг завтра кому-то не понравится «Идеальный муж» у Табакова... Вот что тревожит». Так нарушитель на бюджетной иномарочке, зависая возле поста ДПС в ожидании протокола, подкалывает инспектора: «Ваша удача, товарищ постовой, что вы именно меня тормознули. Вон «мерин» с крутыми номерами пронёсся – не меньше двухсот в час. Мог бы сбить и не заметить...»
НЕ НАШИ ГЕРОИ НАШЕГО ВРЕМЕНИ
Александр КОНДРАШОВ
10.04.2015
Сейчас молодые люди мечтают много зарабатывать, не важно в какой профессии, «желательно в Газпроме» – так по опросам получается. И это большой прогресс в сравнении с 90-ми, когда грезили о валютной проституции и о бандитских бригадах.
А кем мечтали стать юноши 60-х, в том числе дети крестьян и рабочих? Физиками-ядерщиками, лётчиками, космонавтами, поэтами, кинорежиссёрами, геологами, первооткрывателями – таковы были приоритеты, «навязанные» в том числе радио и ТВ. И эти мечты у многих сбывались. Валютных спекулянтов и фарцовщиков тогда было крайне мало, их презирали. И сажали. Теперь, как гордо поведал продюсер Александр Цекало вечернему Урганту, они стали олигархами, министрами. И, добавим от себя, презирают всех этих «ядерщиков-первооткрывателей-поэтов», которым за всю жизнь не заработать столько, сколько бывшие фарцовщики получают в месяц. А когда заикнёшься о прогрессивной шкале налогообложения, которая во всех цивилизованных странах работает на смягчение социальной вражды, то машут руками: мы ещё не дозрели – психология фарцовщика даёт о себе знать.
Сериал «Фарца», который, по словам создателей, «куда более дерзкая история», чем «Оттепель» и «Стиляги», и вправду с какой-то особой дерзостью и, я бы добавил, цинизмом расправляется со временем романтиков и бессребреников.
Сценаристы «Фарцы» (Юлия Идлис, Александры Котт и Цекало) тоже фарцовщики, они спекулируют светлыми 60-ми, какими они были изображены в прозрачных, счастливых, чистых кинофильмах: «Я шагаю по Москве» Георгия Данелии и «Мне двадцать лет» («Застава Ильича») Марлена Хуциева. Скопированы узнаваемые сцены, даже персонажи. Главный герой «Фарцы» похож на молодого писателя-комсомольца (замечательного Алексея Локтева у Данелии), приехавшего в Москву со строек Сибири, его друзья – на других героев этих картин, искренних, добрых, бескорыстных работяг и студентов, которых играли молодые Никита Михалков, Евгений Стеблов, Николай Губенко и Станислав Любшин. Но этого мало, в сериале мелькают известные писатели 60-х – Василий Аксёнов, Михаил Светлов, Геннадий Шпаликов. Есть и Юрий Гагарин! И даже главный редактор легендарного журнала «Юность», правда, это не Борис Полевой и не Валентин Катаев, а некая богемная дама, преподающая начинающим писателям премудрости литературного мастерства в постели, – не всем, а только талантливым.
«Фарца», стартовав на пролетарской заставе Ильича, очень быстро шагает в грязные подворотни и скверы, где ради денег обманывают, предают, продают. Один из друзей проигрался в карты, и, чтобы спасти его, «писатель» оборачивается стилягой и делягой-фарцовщиком, торгует «досками» и «костями», входит в контакт с проститутками и уголовниками, играет в карты по-крупному, для чего ворует общак. Его ловят, судят и… оправдывают, так как он дал согласие на сотрудничество с КГБ. «Кровавая гэбня» здесь особенно коварна – беспощадно вербует и бандитов, и людей искусства. Лишь один хороший человек в сериале – милиционер в исполнении канадского гражданина Алексея Серебрякова, но он бессилен против союза КГБ с криминалом. О, страшные нравы тоталитарного совка!
Вот такой взгляд из 2015 года на обожаемые даже нашими либералами 60-е, такой патриотический подарок сделал Первый канал зрителям в честь своего двадцатилетия. 1 апреля 1995 года родилось ОАО «ОРТ», и рулить на первой кнопке вместо убитого Листьева стали известные «фарцовщики» Березовский и Патаркацишвили. Стоит ли с этой годовщиной поздравлять?
ЧТО ТАКОЕ СВЕТСКОЕ ГОСУДАРСТВО И ПОЧЕМУ ХУДОЖНИКАМ НЕ ДАЮТ ИЗДЕВАТЬСЯ НАД ВЕРУЮЩИМИ
Дмитрий ЛЕКУХ
10.04.2015
Вот только где зайдет речь о том, что «культурное» сообщество задевает права верующих, как сообщество тут же встает в позу. «Мы живём в светском государстве».
Типа заткнитесь, господа православные, мусульмане, иудеи и прочие буддисты с католиками.
Государство у нас – «светское».
А, следовательно, ваш номер – последний.
Триста сорок пятый.
И любой «художник» и «режиссёр» в этом государстве имеет право делать с чувствами и правами верующих вообще всё что угодно, именно потому, что оно, это государство, простите, «светское».
…Я тут, собственно говоря, только одну вещь хочу сказать. Я её уже и раньше говорил. Но, поскольку «культурное сообщество» у нас большей частью не только бескультурное (а какому культурному человеку может даже в голову прийти, что прибитые к брусчатке яйца «художника» или пляски в Храме «певиц» есть не пошлое непотребство, а, напротив, великое произведение искусства?!), но ещё и безграмотное, вынужден вновь повторяться.
Ребята.
Слово «светское» – это вовсе не синоним слова «атеистическое» и, уж тем более, не синоним слова «постмодернистское».
«Светское» – всего лишь означает отделение «кесарева» от «божьего».
Т.е. государство у нас «светское» только потому, что оно не «теократическое».
Вот и всё.
А если попросту, то в светском государстве права гражданина не зависят от его вероисповедания, ежели оно наличествует. Но ежели оного не наличествует, ежели гражданин в Бога не верует, то это отнюдь не означает, что у него внезапно образуются какие-то «особенные права». Равно как «свобода совести» вовсе не означает наделения какими-то особыми полномочиями человека совсем бессовестного.
Как бы ему этого ни хотелось.
Вот.
Такие, простите, дела.
1 ... 2 ... 3 ... 4 ... 5 ... 6 ... 7 ... 8 ... 9 ... 10 ... 11 ... 12 ... 13 ... 14 ... 15 ... 16 ... 17 ... 18 ... 19 ... 20 ... 21 ... 22 ... 23 ... 24 ... 25 ... 26 ... 27 ... 28 ... 29 ... 30 ... 31 ... 32 ... 33 ... 34 ... 35 ... 36 ... 37 ... 38 ... 39 ... 40 ... 41 ... 42 ... 43 ... 44 ... 45 ... 46 ... 47